Диего покачал головой. Ну, и дела. У Насти просто талант находить странных личностей. Нашла же она Цезаря, потом призраков, теперь вот еще и парень этот непонятный. Но опасности от него вроде не исходило.
События последних часов Диего измотали. Когда Лика увидела, что Настя впереди нее просто исчезла, она бросилась за ней, но прохода уже не было. Граф Виттури вызвал их всех тут же, организовал переход, и они блуждали по Иному городу в поисках Насти, пока не услышали шум.
Они подоспели вовремя, но теперь, когда Настя была в безопасности, он переживал за остальных.
Переход засветился и появилась Лия: колени были в крови, она упала, корчась от боли, и Диего поспешил дать ей флягу. Девушка глотала жадно, дрожа от пережитого.
— Граф? Как граф? — Настя кое-как слезла со стола, странная пронизывающая боль в теле прошла, но сил было мало. Габриэль подставил ей плечо для опоры. Лия ничего не ответила. Вслед за ней выпрыгнула Итсаску и вытянула Сержа, фляга перекочевала к нему в руки, парень задыхался. Появилась Лика, за ней граф Виттури с Ильвиром на руках. Лика пыталась залечить Ильвира, тот был ранен в грудь, но получалось плохо.
— Рана нанесена ангельским мечом, я практически бессильна.
Граф Виттури положил Ильвира на широкий стол. Настя с облегчением увидела, что граф в порядке, а вот карлик был без сознания. У нее все похолодело внутри.
— Рита должна знать, возможно, есть заклинания. Мы летим в Барселону немедленно. Лия, организуй машину и вылет.
— Есть, — Лия трясущимися руками вытащила телефон и начала звонить.
— Я могу чем-то помочь? — робко спросила Настя у Лики.
За ангела ответил граф Виттури.
— Можешь, Настя. Если не будешь своевольно уходить одна и подставлять всю команду, — его ярость, до сих пор сдерживаемая, прорвалась наружу: — Ты могла связаться со мной, всего этого можно было избежать! Почему ты молчала?
Девушка не отвечала, опустив глаза. «Погибель моя!» — в гневе думал он. Она проклята, он проклят — все больнее и опаснее, он становится уязвимым при ней, она словно пьет из него соки. Нужно научить ее восстанавливать силы. Иначе они оба погибнут. За что их связали вместе? Почему он так уязвим теперь? Что это за новый вид наказания?
По дороге в аэропорт все молчали, прислушиваясь к хриплому дыханию Ильвира. Призрак Папы Римского тоже сидел тихо, понимая, что Насте сейчас не до бесед. Девушка слабела, но жаловаться боялась, потому что куда важнее был Ильвир, да и все случилось из-за нее. И все же, силы утекали капля по капле, прикрыв глаза, она дремала, прислонившись к стеклу, потом заставляла себя двигаться в аэропорту, на автомате прощалась с заплаканной Лией, Габриэль летел с ними, он помогал ей, единственный из всей команды понимал, что Настя вот-вот упадет. Когда самолет взлетел, шум в ушах не давал слышать переговоры Лики и графа, склонившихся над Ильвиром. Она проваливалась в темно-багровую, почти черную пелену, руки безвольно повисли. Она не могла пошевелить и пальцем. Состояние усугублялось чувством вины и страхом, что они не успеют довезти Ильвира. И все из-за нее. Все из-за нее. Из-за нее…
Черт бы ее побрал. Яблоко раздора, упрямая, взбалмошная, непослушная девчонка. Он чувствовал, что она слабеет, знал, что придется дать ей сил, чтобы дотянула до Барселоны. Но медлил, мстительно наблюдая, как она бледнеет, как дыхание становится все более слабым и прерывистым. Он подошел, только когда судорога начала сводить ее пальцы. Тогда он взял ее за руку и дал немного сил. Совсем чуть-чуть.
— После приземления отнесите ее куда-нибудь на природу.
Он сказал это отстраненно. Диего и Габриэль кивнули и переглянулись.
К самолету подъехало две машины, из одной выскочила Рита, вслед за ней Джонни. А Диего внес Настю на заднее сидение другой машины. И велел ехать к морю.
Было тепло, поэтому они сняли с Насти куртку и обувь, положили на песок, ладони прижали к земле. И сели рядом. Море набегало и иногда доставало до Настиных ступней. Ангел и оборотень тихо беседовали, Диего вводил Габриэля в курс происходящих событий. А Габриэль коротко рассказал про напавших на них ангелов.
Старуха-Мать подошла к лежащей Насте и покачала головой:
— Он совсем тебя не бережет, девочка.
Настя хотела ответить, пошевелиться, но не могла.
Старуха положила ладонь ей на грудь, прямо над сердцем, и зашептала заклинания скрипучим голосом шаманки. Настя провалилась в темноту, вынырнула на поверхности озера и глубоко вдохнула сладкий ночной воздух. Повернулась на спину и посмотрела на небо, где сквозь облака белела Луна. Она ощущала, как воды озера проникают под кожу, бегут по ее сосудам, очищая, даря силы. Ее волосы стали водорослями, а сама она растворялась в небе и воде.
Голос Старухи звучал над ней в ночи, убаюкивая.
— Земная да черпнет силу из земли и воды. Да будет она сильна, волчицы земные и небесные пусть служат ей. Единой пусть будет с огнем, водой, землей и воздухом. Так сказала я, так и будет.
