Оставалось проверить еще одну версию, связанную с механикой боссов, охранявших врата. Я влетел в Провал и увидел, что первая и вторая печати сорваны, врата открыты настежь. На входе распластались трупы боссов. Похоже, здесь мобы не исчезают после смерти, респауна-то все равно нет.
Ниже спускалась группа, бросившая меня в Провал. Дестини!
Выбитая в стене лестница шириной была метров в пять. Игроки шли, довольно переговариваясь и обсуждая выпавший с 1-го этажа лут. Меня они не видели.
Подлетев ближе, я улыбнулся и помчался прямо к ним. Оборотень-фокусник попался под руку первым. Его я застал врасплох, подхватив за ворот рубахи и вынося за край.
– Извини, Мессия, ничего личного! – крикнул я вслед, когда он с воплем полетел вниз.
Остальные растерянно застыли. Я высмотрел следующую цель и на полной скорости понесся к ней. Дестини раздобыла лук, но он ей не помог. Стрела сняла мне шесть очков жизни, а второй раз выстрелить эльфийка не успела. Перехватив ее за руку, я рванул прочь. Меня осыпали слабыми заклинаниями, зацепило дротиком. Эльфийке это не помогло. Вытянув перед собой визжащую и пытающуюся выцарапать мне глаза Дестини, я сказал:
– Вернешься, скину еще раз. И тогда будем в расчете.
Договаривал я, уже сбросив ее в пропасть. Разобравшись с лидером группы, осмотрелся. Все больше народу, пришедшего с кладбища, спускалось в Провал. Остальные из группы Дестини прижались к стене, переплетя руки. Крайние ощетинились оружием.
– Медленно за мной, – приказал лофер Уркиш оставшимся, не сводя с меня глаз. – Внутри он нас не тронет.
Такую толпу мне было не утащить. Я с сожалением осмотрел их еще раз, выцеливая слабое звено, но никого подходящего не нашел.
– Вот так вам и передвигаться теперь по Окаянной бреши, – весело сказал я, отменяя
Рухнув на несколько этажей, я завис перед вратами 10-го этажа. Игроки здесь появятся не скоро, а босс должен быть мне по силам – с учетом дебафа, конечно. Но с моими перками и наградами… У меня только очков жизни теперь триста девяносто! К тому же, здесь нет штрафов на разницу в уровнях!
Я тронул печать рукой и понял, что не могу оторвать ладонь. Тысячи игл вонзились в нее, высасывая кровь. Печать налилась алым, вспыхнула и втянулась в ворота, которые начали со скрежетом раскрываться.
Изнутри раздался леденящий жилы рык. Моя жизнь снизилась на 10%! Вот это новость, получается, чем глубже спускаешься, тем больнее срывать печати? А ниже 100-го этажа это вообще гарантированная смерть!
Я отпрянул, зависнув над пропастью метрах в десяти от врат.
Из тоннеля, ведущего на уровень, высунулась адская тварь, напоминающая египетского Анубиса. Человекообразная трехметровая фигура, псиная голова с длинными заостренными ушами, полыхающие огнем глаза.
– Смертный! – рыкнул босс, однако границу врат не пересек.
Понятно. Идею выпустить всех боссов наружу можно откинуть. Я надеялся, что они выберутся и перекроют путь по лестнице вниз… Не судьба. Как и драться с Альфой Риикитсом, будучи
– Трусливый смертный! – пролаял Риикитс, истекая дымящейся слюной. Облизнув когти одной лапы, перешел к другой. – Прими бой или умри сам!
Очередной лай Альфы Риикитса оборвался утробным скулежом – я с лету атаковал его. Сработала
Массивные лапы с чудовищными когтями распороли мне живот. Слюни босса, которыми он смазал когти, оказались
Когда безоружка достигла 7-го уровня, жизни – и моя, и босса – вошли в желтую зону. Я усилил натиск, понимая, что математика на моей стороне – у меня росли
На 20% Альфа Риикитс завыл, и рядом материализовалась его копия, которая тоже принялась стенать. Два босса превратились в четыре, а потом и в восемь.
Копии, кроме одной, атаковали одновременно. Ближняя вдруг взорвалась вспышкой, втянулась под землю, и из-под ног выстрелило трехметровое световое копье, пронзив меня насквозь. Настоящий Риикитс простер лапы в мою сторону и начал вытягивать жизнь и ману. Я ничего не мог сделать.
