– Скиф мой! – выкрикнула серебряный рейнджер, заметив меня.
Ее стрела вонзилась в грудь Мейстера, отважно атаковавшего одного из разбойников. Гнома отбросило на спину, но он выжил. Мишель успела окатить нас обоих
Ш-ш-шух! Что-то громыхнуло в инвентаре. В горячке я не сразу понял, что непонятно откуда в меня прилетело заклятье:
– И-и-и-и-и-и! – завизжала фея-кулинар Лори, отчаянно нападая на Маркуса.
Орк-громила, как заправский бейсболист, ударил дубиной и отправил бездыханное тельце в полет. В точке удара повисла кровавая взвесь.
Маркус бросил на меня взгляд, убедился, что паутина держит, ухмыльнулся и напал на Лордманса. Этот тихий парень с вечно сонным выражением лица, как оказалось, откликнулся на призыв Романа и, сев за моей спиной, пытался справиться с паутиной Смузи. Его класс мистика позволял, закурив магический кальян, призывать астральных тварей. Он успел материализовать одну, слабосильную и слишком мелкую, чтобы разорвать паутину, но и та исчезла, когда хрустнуло, хлюпнуло, и от мистика осталось лишь мокрое пятно. Громила бил редко, но каждый его удар наносил колоссальный урон!
Маркус сплюнул, огляделся, выискивая следующую цель, ощерился. Потом обошел меня; придерживая поставленную на землю дубину одной рукой, схватил меня сзади за шею и начал сжимать пальцы. Я наугад врезал несколько раз за спину, но не преуспел.
– Это конец, «угроза». – Меня обдало смрадным дыханием. – Тебя убьёт Дес, и, признаюсь, ей это право обошлось недешево. Впрочем, лично она потеряет немного, да и Виндзоры не обеднеют…
– Кетцаль и Хеллфиш здесь! – донесся до нас крик от края поляны.
Мое сердце встрепенулось. Неужели все-таки поддержка прибыла? Появление Хеллфиша порадовало – видимо, Кэрри донесла мое сообщение, и «странник» принял рациональное решение. А вот явление рейда Кетцаля удивило не только меня.
Маркус посмотрел в ту сторону и нахмурился. Выругался и заорал, раздавая команды:
– Перестроиться! Танки, встречайте! Рейнджи, ко мне! Дес, кончай парня! – Я ощутил, как разжимаются пальцы на шее, судорожно вдохнул, но орк не отпустил меня.
– С удовольствием, – тяжело дыша, прохрипела Дестини.
Серебряный рейнджер, стоявшая шагах в двадцати, направилась ко мне, на ходу вскидывая лук. Окровавленная с головы до пят, с ополовиненным очками жизни, она улыбалась. Так радуются маньяки из фильмов, когда добираются до жертвы.
Как же я жалел, что вчетверо замедленный
Дестини легко натянула тетиву…
…но не успела выстрелить, застыв каменным изваянием. И только потом я услышал вопль. Звук был подобен тысячекратно усиленному скрипу стекла, заставляющему волосы встать дыбом. Уши заложило. Разбираться, что это было, я не стал, сосредоточившись на подаренном счастливом случае.
Паутина к этому моменту исчезла. В новой экипировке я потерял меньше трети жизни, спасибо Мейстеру! Рука Маркуса продолжала держать меня за горло, хотя хватка и ослабла. Я извернулся, и, так и не освободившись, оказался с ним лицом к лицу, врубил
Громила, превратившись в неподвижный манекен, только оскалился, дернулся, но не смог преодолеть дебаф паралича. На нем висел минутный
Бум! Бум! Бум! Маркус выдержал с десяток
У меня появилась возможность оглядеться. Я попробовал взлететь, но обломался – с
Медленно, не быстрее черепахи, я направился к Дестини, чтобы убить ее, пока не спал дебаф. Шел, на ходу окидывая взглядом поляну, усеянную трупами людей Мейстера.
Враги застыли живыми изваяниями и превратились в беззащитные мишени для объединенной группы Кетцаля и Хеллфиша. Два рейда союзников общим числом чуть более двадцати человек лихорадочно резали обездвиженных «маркеров» и «дестеров».
