…Констатировав, что этот внутренний диспут зашел в тупик, Юлиан черкнул месседж Аслауг, полагая, что она (будучи совой в смысле режима дня) еще не спит. Угадал, что характерно – и месседж сразу был переведен в формат видео-звонка.
После состоявшегося позавчера очередного беспилотного старта с полигона Харруба к орбитальной верфи с грузом для миссии «Alkyona», экспертный персонал, разумеется, релаксировал. В частности, Аслауг Хоген креативно развлекалась в античной деревне Толмейта (между Аполлонией и Бенгази) на площадке дансинга «Кратер Птолемея». У ночных дансингов есть свойство сводить случайных людей, и Аслауг склеила там 103-летнего дядьку, с которым она сразу познакомила Юлиана.
Вообще-то некорректно было бы сказать, что Филипп Уэллвуд, профессор эксплитики Восточно-Средиземноморского университета (EMU) это совсем случайный человек. В кампусе Фамагусты он соседствовал с Вальтером и Кристиной Штеллен, и с Ашокой и Тилини Нарликар. Для случайности - слишком много общих знакомых. Хотя — планета маленькая и круглая, так что общих знакомых можно считать случайным совпадением. Профессор выглядел вдвое моложе номинального возраста, и при этом вел себя слегка растеряно. В частности, он не знал, как тут воспринимают близкий флирт с девушкой, у которой есть другой парень — и видео-звонок Юлиана и пояснение Аслауг о том, кто это, вывели его в этический вакуум. Мимика выдала его, и Аслауг тут же отреагировала:
— Фил, тебе совершенно не надо играть любовника за портьерой из пьесы Шекспира.
— У Шекспира, вроде, нигде нет любовников за портьерой, — заметил Юлиан.
— Не, важно, — Аслауг махнула рукой, — я имела в виду…
— …Ясно, — Юлиан улыбнулся, — видишь ли, Фил, хиппи времен Beatles это пуритане по сравнению с аргонавтами. Ты, конечно, помнишь тех хиппи. Лето любви и все такое…
— Юлиан! – тревожно окликнула Аслауг.
— Что? А… Черт… Извини, Фил, я не собирался лезть в интимную тему памяти.
— Нет-нет, все ОК. Я не стесняюсь дыр в памяти от геронтореверса. Разве что, в особых случаях, которые действительно интимные.
— Вот в этом как раз абсолютно нечего стесняться! — тут Аслауг покрутила ладонью над головой, видимо иллюстрируя надуманность стеснения.
— Я вообще сейчас не понял, — признался консультант по ЯД.
— У Фила был огромный перерыв в сексе… — невозмутимо пояснила Аслауг, и добавила просто для ясности, — …До сегодняшнего дня.
Юлиан Зайз снова улыбнулся и констатировал:
— Тогда действительно нечего стесняться.
— Уф… — профессор Уэллвуд шумно выдохнул, — …Кажется, я начал понимать значение фразы: «хиппи времен Beatles это пуритане по сравнению с аргонавтами».
— Отлично! – Юлиан хлопнул в ладоши, — А как насчет упражнения на эрудицию?
— Выкладывай! – лаконично предложила Аслауг. И тогда он выложил свои отрывочные размышления: начиная от морских цыган и заканчивая первобытной кругосветкой. Это вызвало длинную задумчивую паузу за столиком в дансинге. Профессор даже хлопнул рюмку чего-то крепкого. И это оказалось весьма кстати, чтобы смело озвучить мысль:
— Знаете, друзья, по-моему, идея кругосветки в эру до оледенения объясняет так много парадоксов, что ее надо рассматривать всерьез.
— Это какие парадоксы? – полюбопытствовала Аслауг.
— Это, — пояснил он, — парадокс доантичных карт мира с изображением Антарктиды, это парадокс сходства первобытного пиктографического письма в регионах вдоль полосы возможной кругосветки, и это общность генетических фрагментов у людей, домашних животных и культурных растений. И еще всякое по мелочи. Проблема же самой теории устойчивого кругосветного маршрута той эры лишь в одном участке: через Атлантику.
— Через Атлантику с выходом в Тихий океан, — уточнил консультант по ЯД.
Филипп Уэллвуд утвердительно кивнул.
— Да, разумеется, через Атлантику с выходом в Тихий океан. Это важно. Вопрос: каким образом первобытные тростниковые парусники двигались против Циркумполярного и Бенгельского течений? Ответ, на мой взгляд, таков: они двигались не против, а по. Это маршрут с запада — на восток. А с востока — на запад маршрут шел по северному хвосту Бенгельского течения вдоль Намибии, Анголы и Конго. Далее по Южному пассатному течению, мы поворачиваем из Гвинейского залива на запад, и достигаем Бразилии. Там маршрут ветвится. Можно пойти вдоль берега на юг по Бразильскому течению, откуда переход через Магелланов пролив в Тихий океан сложен, однако не безнадежен.
— Реальный вариант, хотя длинный, — оценил Юлиан, — это похоже на схему маршрутов европейских каравелл в Карибское море на запад по Северному пассатному течению, а обратно на восток по Гольфстриму и Северо-Атлантическому течению.
