– И какова же, по-твоему, ее цель, если короля она отвергает?
– Да ведь она просто затаилась до поры до времени, чтобы не ссориться ни с королевой, ни со своим мужем-олухом. А поди узнай, что у нее на уме, у ведьмы этой, – Ирена перешла на зловещий шепот. – Хотя скорее всего, все проще пареной репы: она хочет распалить короля посильнее, а потом потребует, чтобы он сослал жену в монастырь и женился на ней.
– Мужа тоже в монастырь? – фыркнув, спросила Далия.
– Нет, муж объестся груш. Отравленных. Или ваш ненаглядный командор проделает в нем несколько лишних дыр, – злобно буркнула Ирена. – Все вам смешно, не видите, что окружены демонами, и слушать ничего не хотите. Так и сгинете, если не поумнеете.
С видом пророчицы Бригитты, оскорбленной полным равнодушием народа к своим воззваниям, Ирена удалилась. Далия, которой было вовсе не так уж весело, вернулась к принцессе и пробыла у нее почти до полуночи, после чего отправилась к себе. Улегшись в постель, и глядя на мерцавшие в окне звезды, она принялась раздумывать над сложившимся положением вещей. Нельзя было отрицать, что пребывание в ипостаси привидения довольно благотворно повлияло на способности к рассуждению бывшей горничной, и ее слова вызывали определенное беспокойство. Впрочем, особенно углубляться в эти размышления она не стала, почувствовав непреодолимое желание спать. Однако спала она плохо и среди ночи несколько раз просыпалась. После очередного пробуждения, находясь в дремотном полузабытьи, меж явью и сном, она услышала пронзительный женский крик.
На рассвете ее разбудил бешеный стук в дверь и вопли Матильды Лаваги, звавшей ее по имени. Затем послышалось шарканье шагов: сонная Сельма шла открывать. Отбросив дверной молоток, фрейлина ураганом ворвалась внутрь, едва не снеся горничную и саму Далию, которая уже вышла из спальни, чтобы выяснить, что происходит.
– Бог мой, хвала Создателю, вы живы! – возопила Матильда.
– Почему вы сомневались в этом? – спросила ошеломленная Далия.
– Я не знаю, все словно с ума посходили. – Матильда упала в кресло и принялась рассказывать. – Я проснулась с головной болью и отправила Дульситу, мою горничную, на кухню, чтобы она принесла мне что-нибудь поесть и немного сливовой наливки – мне это всегда помогает. Так вот эта бестолочь вернулась без наливки и к тому же заявила, что все говорят, что вы умерли, при этом никто ничего толком не знает. Поэтому я кинулась сюда, как видите, в совершеннейшем неглиже – на Матильде, действительно, был лишь плащ, накинутый на ночную рубашку. – Святые пророки, как у меня болит голова. У вас случайно, нет сливовой наливки?
– Только настойка на медвежьих когтях, – Далия вспомнила о бутылке с ужасно пахнущей жидкостью, которую принес недавно Сид и с торжественным видом сообщил ей, что это никакая не гадость, а легендарный напиток, изготовленный по рецепту древних римеров.
Матильда вытаращила глаза, однако, решив, что сейчас неподходящий момент для обсуждения необычных пристрастий Далии, махнула рукой, мол, несите.
Далия приказала горничной принести настойки и платья для себя и Матильды. Попробовав легендарного напитка древних римеров, фрейлина закашлялась, начала задыхаться и впала в прострацию; понадобилось около четверти часа, чтобы привести ее в чувство. Наконец, наспех одевшись, они отправились во дворец. Первая попавшаяся им служанка завизжала и принялась осенять себя священным знаком. Далия схватила ее за плечи и затрясла.
– Где мой труп, быстро говори!
– Нне ззнаю, мне нне ссказали, – пролепетала она, – ппросто ччто вв уммер…
– Ваш труп лежит у северного крыла, голубушка, под окнами Лилового кабинета, – произнес за ее спиной голос лейтенанта Шевеля.
Они бросились к северному крылу.
– Что за чертовщина? И откуда вы узнали про труп? – задыхаясь, просипела Матильда.
– Кто-то ведь умер, пусть не я, но кто-то другой точно, значит, есть и труп.
И было не так много причин, почему люди могли решить, что этим трупом была она.
Пройдя через расступившуюся перед ней толпу, она увидела Сида, нескольких гвардейцев и дворцового лекаря, которые стояли над телом женщины, лежавшей в неестественной изломанной позе на боку. По сторонам от ее головы растекалась кровь. Лицо погибшей скрывали темные волосы с бронзовым отливом, но Далии было достаточно одного взгляда, чтобы узнать Камиллу Монтеро. Она подняла голову и увидела черный шелковый плащ, ушитый крошечными серебряными звездами и древними рунами.
