«Пятеро слишком много», подумала я и забеспокоилась. Все, кроме Дженкса, были напряжены, и в них чувствовался более чем намек на возбужденное состояние оборотней и знакомый привкус сникердудлов и хорошего вина. Квен был впереди с Дэвидом, давая нам трех пользователей магии, оборотня, пикси и горгулью-подростка против целого ковена, который теперь поддерживало неизвестно сколько ведьм, проживающих в Цинци, после полуденной пропаганды Ли. Ведьмы были самым многочисленным меньшинством, и, хотя они обычно держатся в тени, заставить их разбушеваться настолько, чтобы проклясть демонов в изгнание, было бы несложно, если бы за этим стоял ковен. Пообщаться с Ковеном моральных и этических норм было в списке желаний каждого.
На окраине города, где мы провели полдня, улицы были подозрительно чистыми, но здесь, в центре города, машины стояли на обочине, а люди были возбуждены. Когда оставалось пройти всего несколько кварталов, можно было выйти и пойти пешком, но это было опасно даже при тусклом свете. На каждом углу стояли непринужденные агенты О.В. и ясноглазые дружинники. Мы с Трентом оба были в розыске, и, хотя мы могли самостоятельно справиться с этим, возникала проблема времени. Магические поединки часто происходили быстро, но редко бывали незаметными.
— В такой пробке мы ни на шаг не приблизимся к площади Фонтанов, — ворчал Трент. — Это хуже, чем в день игры. Я никогда не видел столько людей, пытающихся попасть на одну квадратную милю.
Дэвид, сидевший за рулем, взглянул на него через зеркало заднего вида.
— Именно так нам и надо, — сказал он, возвращаясь взглядом к толпе, и его гордость стала очевидной.
— О.В. повсюду, — пробормотал Квен, явно недовольный.
— Хочешь, я отвлеку их, чтобы ты смогла выбраться? — сказал Дженкс, и Дэвид вздохнул.
— Слишком холодно, — перебила я, и когда Дженкс повернулся ко мне, чтобы возразить, я прервала его. — Солнце уже почти село, а тут холодно! — воскликнула я. — Либо ты обещаешь мне, что найдешь теплое местечко, где будешь сторожить и прикрывать мне спину, либо ты будешь в моей сумке.
— У тебя нет сумки, — практически рявкнул Дженкс, и я откинулась на сиденье.
— Тогда тебе лучше найти фонарь, на который можно припарковать свою задницу, и быть начеку! Я не собираюсь идти домой к Гетти и говорить ей, что позволила тебе впасть в неподготовленную гибернационную кому.
— Ладно! — угрюмо крикнул он, усаживаясь на плечо Трента.
Трент прочистил горло, чувствуя себя явно неловко, пока Дженкс воинственно проверял свой садовый меч, прежде чем засунуть его обратно в ножны.
— Хорошо, тогда, — сказал Дэвид, опустив стекло до конца. Я думала, что он доказывает свою точку зрения, пока он не издал резкий свист, сопровождаемый движением перекатывания.
Тут же из толпы выбежали несколько сильно татуированных оборотней, наши фары ярко светили на их джинсах, когда они направились не к нам, а к припаркованной у обочины патрульной машины О.В..
— Отвлекающий маневр, — пробормотала я, откидываясь на сиденье. — Мило!
— На стероидах, — с гордостью сказал Дэвид, когда двое оборотней занялись офицерами, а третий сел за руль и захлопнул дверь.
Офицеры обернулись, но было уже слишком поздно, их машина унеслась прочь с мигалками и сиренами.
— Тинки — диснеевская шлюха. Это было хитрее, чем сопли на дверной ручке, мистер Пибоди, — сказал Дженкс, когда машина О.В. медленно обогнала разъяренных агентов.
Язвительно скривив губы, Дэвид проскочил за угнанным автомобилем и ускорился.
— Мне нравится, — сказала я, глубже устраиваясь на сиденье, когда мы проехали на красный свет. — Ты проводишь свадьбы?
Дженкс хмыкнул, но Квен, явно не забавляясь и не впечатляясь, хрустнул костяшками пальцев, и игра энергии линии, пляшущая в них, стала очевидной.
Последние несколько кварталов заняли меньше минуты, но мое напряжение вернулось в десятикратном размере, когда окружающий свет внезапно стал ярче, а наш краденный эскорт замедлил ход.
Площадь Фонтанов была заполнена. Люди стояли живой, движущейся, шумной стеной, и когда наш эскорт, взревев сиреной, продолжил путь, Дэвид припарковался, чтобы мы могли выйти.
— Я не буду сидеть в сумке, — пробормотал Дженкс из-за плеча Трента, и я потянулась к дверной ручке, внезапно почувствовав себя неуверенно. Мои воспоминания о том, как на меня надели наручники и вытащили на сцену, были не такими уж старыми, и если одного человека трудно убедить, то толпа готова поверить в самое худшее.
Трент сжал мою руку, и я вышла. Ветер с реки трепал мои благословенно чистые волосы, и я, прищурившись, смотрела на башню Кэрью. Шум стоял неимоверный, звуки раскачивались между затененными зданиями, накладываясь друг на друга. Над всем этим женщина на сцене кричала в рупор. Я не могла ее понять, но толпа радостно реагировала на каждую фразу.
Трент взял меня за локоть и повел к обочине, пока я глазела. Позади меня татуированный оборотень нырнул в такси и уехал, оставив нас растворяться в толпе и избегать офицеров О.В… которые все еще пытались вернуть свою угнанную машину.
