— Ты привела плюс один. Замечательно, — передразнил он, и я подхватила Трента под локоть, прежде чем он успел переступить через кольцо из поганок. По пальцам ног пробежала слабая вибрация — несомненно, заклинание. Новый забор, бревно через дорогу. Я уже начала сомневаться, насколько сговорчивым окажется Ал. Конечно, он был моим наставником, но это не означало, что он был весь в розах и теплых чувствах.
— Это лей-линейная магия? — спросил Трент, глядя вниз, и я пожала плечами, не зная точно. Это было что-то вроде магии земли и лей-линии, смешанных вместе. Что, если разобраться, и делало демоническую магию демонической.
Трент повернулся к Алу, его поза приобрела официальную жесткость, когда его пальцы коснулись поганок, которые теперь отбрасывали легкую дымку искр.
— Мы можем войти? — спросил он, и его музыкальный голос среди сверчков вызвал у меня дрожь.
— Каламак-эльф, — ворчал Ал. — Никогда не думал, что доживу до того дня, когда приглашу тебя в дом. Да. Входите. Вы оба.
— Спасибо. — Трент осторожно перешагнул через кольцо. Можно было бы подумать, что нарисованный мелом круг окажется прочнее, но грибы представляли собой переплетенную массу мицелия под землей, и живая ткань втягивала в себя силу лей-линии без того, чтобы Ал что-либо делал. Это было просто чудо. Даже без лей-линий Ал был мастером магии.
Мои волосы взметнулись, когда я пересекла кольцо, и я поспешила догнать Трента. Настроение у Ала было подавленным, когда он вытащил булавку на лей-линейном амулете и бросил его в центр тлеющего костра. Голубое пламя взметнулось вверх. Отведя глаза, Ал подложил еще дров, складывая их осторожно, словно не зная, как долго продержится стартовый амулет.
— Сегодня хорошая ночь, — сказала я, устраиваясь на плоском камне перед костром и ставя ноги на голую, медленно прогреваемую землю.
— Дай ей время, — проворчал Ал. Пламя уже начало утихать, и я добавила кусок расколотого дерева, прежде чем переместиться поближе к Алу и отстраниться от дыма. Видеть, как он использует готовые чары и носит одежду, которую сам же и постирал, было удручающе, и я потянулась за кочергой, чтобы поправить огонь, просто чтобы было чем заняться.
Но я замешкалась, взяв в руки длинный металлический предмет, остановленная сначала его изысканным балансом, а затем и чистой красотой вещи. Он явно был в употреблении, на его кончике медленно появлялся черный пепел, но он был сделан с такой тщательностью и искусством, что предать его огню казалось преступлением. Витой металл намекал на птиц и белок. Дубовые листья украшали надежную рукоять, а на конце крючка красовалась причудливая рыбка. Должно быть, она много значила для него, если он постарался спасти ее, когда рухнуло прежнее Безвременье.
— Красота не имеет смысла, если ею не пользуются, — сказал Ал, увидев мое любопытство. — Это вещь из давно ушедшего времени, — добавил он, забирая у меня кочергу и вороша огонь. — Когда проживешь столько, сколько прожил я, поймешь, что выживают только те вещи, которые не так легко сломать.
Трент устроился слева от меня, и его брови нахмурились при напоминании о том, сколько лет Алу, какую войну он вел, как долго и против кого.
— Это хороший амулет, — сказала я, когда Ал сдвинул кусок тлеющего дерева, и в нем вспыхнуло новое пламя. — Для разжигания огонь? Сколько времени ушло на его изготовление?
Ал бросил на меня косой взгляд, явно чувствуя себя неловко из-за того, что Трент сидит здесь.
— Я отдал Дали час своего времени за их коробку.
— Ал…
Но мои слова оборвались, когда он взглянул на Трента.
— Мои способности вернутся, — прямо сказал он. — А Ходин — нет. Оставь это, Рейчел. Это не твое бремя. — Демон успокоился и повернулся к Тренту лицом. — Рейчел явно в беде, — резко сказал он. — Почему ты здесь?
Внимание Трента вернулось к туманному лунному свету, наполненному светлячками. Да, для них был слишком поздний сезон, но, как любил замечать Ал, новое Безвременье все еще было связано с моей психикой и менялось в зависимости от меня. Или, короче говоря, здесь шел дождь, когда я был несчастной.
— Эм, это касается книг, которые ты взял в библиотеке моей матери… — начал Трент.
— Полагаю, ты имеешь в виду слово «вернул», — проворчал Ал, его козлиные глаза светились красным светом из-за синих тонированных очков.
— Они не принадлежали тебе, — смело заявил Трент. — Если они и принадлежали моей матери, то она получила их от тебя на законных основаниях. Я ознакомился с ее последними просьбами, и она не завещала их тебе после своей смерти. Я хочу их вернуть.
Ал ткнул кочергой в огонь.
— Докажи это.
— Ты хочешь увидеть ее завещание? — недоверчиво сказал Трент, и Ал бросил на землю изящную кочергу.
— Я хочу увидеть документы, по которым она приобрела их на законных основаниях, — сказал Ал. — Победит тот, у кого будет больше данных, а у тебя их нет, потому что я не давал твоей матери ни одной.
Трент в замешательстве опустился на камень.
