— Ой, ладно, ладно, — весело замахала руками девушка, — извини, конечно, если задела, но как по мне, ты зря шифруешься. Я тебе сказала сейчас правду. Думаешь, о вашем романе никто не знает? Да вся академия уже в курсе.
Честно говоря, её слова меня покоробили. Хотя чему я вообще удивляюсь? Любая подобная академия, где учится столько народа, к тому же еще и молодого, это большая деревня и что-то скрыть в ней практически невозможно.
Вот именно поэтому я всегда сторонился возможных романов с ученицами. Хотя откровенные предложения мне в Ростовской академии поступали достаточно регулярно. Поэтому я всегда считал, что главное — установить границу и не нарушать её.
— Просто не повторяй глупых слухов и сплетен, — нравоучительно заметил я, изобразив на своем лице холодное равнодушие. — Ладно, Виктория, мне пора. Завтра увидимся.
Но так просто уйти мне не дали.
— Артём, ты обиделся! — нахмурилась девушка. — Да на самом деле всё нормально… ты серьезно думаешь, что в академии все следуют твоим принципам? Поверь, это далеко не так.
Вспомнились слухи, что Сидельникова флиртовала с Зиро… М-да, похоже, мораль в Москве не в почёте.
— Возможно, — пожал я плечами, — но главное, что им следую я.
Кивнув, я попытался обойти Викторию, но не тут-то было.
— То есть я тебе совсем не нравлюсь? — лукаво поинтересовалась девушка.
Вот же блин. Нет, она мне, конечно, нравилась, но сказать я ничего не успел, так как девушка, по-моему, сама сделала для себя определенный вывод.
— Значит, нравлюсь! — торжествующе заявила она и, высоко подняв голову, удалилась.
Я только и мог, что покачать головой. Ладно, пусть думает себе что хочет.
— О чём это вы тут разговаривали?
Я невольно вздрогнул от этого вопроса, заданного знакомым голосом, прозвучавшим за моей спиной. Развернувшись, я увидел Светлану, подозрительно смотревшую на меня.
— Вообще-то, меня ректор на обед позвал, — ответил я, но взгляд девушки сильно не изменился, — и не надо на меня так смотреть!
— Как?
— Подозрительно.
— А есть за что?
Ну уж нет, в эти игры, особенно с ревнивыми женщинами играть совсем бессмысленно. Да и объяснять тоже. Все равно не поймут. Тем не менее не удержался.
— Пока не за что. И слушай, — все же не удержался я, — давай уже завязывай это. А то может получиться, что и найдется за что.
На это Ветрова ничего не ответила, внезапно резко сменив тему. Как будто ничего и не было. Всегда поражался способности женщин уходить от темы разговора, когда он им не нравится.
— Ты домой? Могу подбросить.
— Извини, но думаю, мне надо сегодня отдохнуть, — улыбнулся я, — слишком много на этой неделе событий. Да и завтра будет непросто, плюс еще в пару мест заглянуть надо…
— Не сомневаюсь, — усмехнулась моя собеседница, — ну, как говорится, хозяин — барин. Если что звони. Телефон мой знаешь.
Поужинав в одном из близлежащих к академии ресторанов, 0 я отправился в Нору. Все равно новых сообщений от Разина не было. Домой уже решил заскочить завтра. Чтобы переодеться и вообще подготовится к визиту на семейный ужин у ректора.
Вечер в моем личном разломе начался мирно и спокойно. Проштудировал здешние методические указания для преподавателей, которые оказались вполне грамотными. Непонятно, правда, почему Щебекин их не выполнял.
Квазит уже закончил с букварем и к моему изумлению мог бегло читать. Сейчас он изучал учебник по демонологии для второго курса. Причем при этом периодически, совсем как человек, саркастически хмыкал.
— Знаете, вы, люди, конечно, много… но я бы кое-что поправил в этой книге, — сообщил он мне в ответ на мой вопрос.
— И что же? — оторвался я от своего чтива.
— Потом сообщу тебе свои рекомендации, — с важным видом заметил квазит, — и о высших демонах очень мало.
— Так о них только в конце второго курса рассказывают, — возразил я, — но в любом случае интересно будет узнать…
— А об одержимых больше ничего нет? Чего-то тоже совсем мало.
— Да нормально там, — удивился я, — наоборот, основная программа по ним на втором курсе. Правда, кратко. Все же одержимые — это больше экзорцистов касается.
— Это понятно… — протянул Кусь, в голосе демона звучал сарказм, — вот мне интересно. Если ты убил одержимого, вместе с ним умер демон. Это я понимаю. А если ты изгнал его? Как вчера?
— Ну мы сразу предположили, что это был высший демон. Правда, не особо сильный. И после экзорцизма он ослаб настолько, что сумел лишь удрать. Так что хранители отправились за ним.
И вот же… я выругался про себя: не позвонил Разину и не уточнил, как там с этими поисками вообще. Напрочь из головы вылетело.
Кстати, экзорцистов среди хранителей было немного, да и держались они все же особняком. А у охотников вообще существовало правило — одержимого надо убить. В разломе иначе нельзя.
А вне разлома… уже нужно смотреть по ситуации. Если демон слабый, то можно и спасти человека. Если спасти невозможно — нужно убить демона, тело так или иначе умрёт. Но думаю, что и изгнанный демон тоже сдохнет без своего носителя. Это я и сообщил квазиту.
