Белый цвет подходил Помонту. Холодный и безжизненный, он подчеркивал личину княжества, изгоняя тепло и уют даже из самых отдаленных его мест. Ржавый пейзаж на глазах предсказателя превратился в стерильную белую пустошь.
Вебер поежился. Покрывший его снег вкупе с разыгравшимися холодными ветрами, что так не вовремя спустились с гор, пронимали его до костей. Хуже всего в этом было то, что будучи связанным он даже не мог толком отряхнутся, с горечью чувствуя, как мокрый снег пропитывает леденящей влагой его одежду. К счастью, долго эту пытку терпеть не пришлось, ведь к нему наконец вернулся довольный Каратель. Он вернулся в том же теле в котором и ушел, что могло значить только одно — благодаря подсказкам предсказателя никаких проблем в устранении бандитов у него не возникло.
Довольно лыбясь, увалень поспешил развязать промокшего и задубевшего Вебера, не переставая осыпать того по ходу дела самыми подхалимскими комплиментами:
— Ну волшебник! Целую бурю наколдовал! И правда, это так умно! Из-за снегопада они все попрятались по домам! Да что там, и тот главный гадина… Ну, тот, за которым мы пришли? Пекос! Он теперь точно далеко не уйдет от нас! Вот Эмилия удивится, когда узнает, что это ты снег вызвал! А, точно, не узнает — я же пообещал, что ничего ей не расскажу… Но все равно потрясающе! А дождь из лягушек ты мог бы вызвать? Я слышал, что бывают и такие. А из рыб?
Предсказатель лишь поспешно кивнул, растирая свои подмерзшие конечности и стараясь унять стук зубов. Хоть теперь он и мог отряхнуть свою одежду от снега, особого толку в этом уже не было, ведь все и так промокло.
— У теббб-бя есть что-то гор-рячительное? — с робкой надеждой спросил Верго.
Каратель выудил из своей сумки дорогую алюминиевую флягу, протянув ее предсказателю, после чего, подумав, добавил:
— Только все не выпивай. Лия эту штуку очень любит.
Отхлебнув из фляги часть ее содержимого Вебер скривился, едва не согнувшись пополам от нестерпимого жжения. Ему доводилось пить по всей федерации разный алкоголь, но в плане крепости — у этого образчика не было равных. Крепче только чистый спирт. Но и это только пол беды, ведь какому-то гению пришла в голову светлая мысль добавить в этот и без того жгучий напиток изрядную порцию острого перца, благодаря чему пойло приобрело совершенно невыносимые для малопьющего человека качества. И все же, свое дело алкоголь сделал — жгучая волна тотчас разогнала тепло по дрожащему телу, наполнив собою желудок.
Верго тяжело отдышался, после чего вернул Карателю флягу, так и не отважившись сделать еще один глоток.
— Нам нужно идти, — сухо бросил он, пробираясь через заснеженные травы к поселку. Лео послушно поплелся следом, не переставая дивится внезапно выпавшему снегу.
Снег хрустел под ногами спутников в то время как они осторожно пробирались через опустевшее, мертвенно-белое поселение. Окна небольших глиняных домиков с соломенными крышами были темны, двери многих — распахнуты настежь. Гонящий снежинки ветер заглядывал в пустые жилища в погоне за остатками тепла что еще ютились в их недрах.
У некоторых домиков сразу у входа можно было заметить свежие сугробы, подозрительно напоминавшие по форме человеческие силуэты. Подобравшись к одному такому, предсказатель подтвердил свои догадки — тело все еще было теплым. Оно принадлежало тому самому бандиту что в видении случайно задел шею Верго, выстрелив из арбалета. Свое оружие мертвец крепко сжимал в руках. Курок так и не был спущен.
Присев над трупом, Вебер заметил торчащий из его шеи тонкий дротик, может быть раза в два толще швейной иголки, не более. На конце дротика крепилось темное оперение что призвано стабилизировать снаряд в полете. Более никаких следов ранений на теле не было обнаружено.
— Работа Эмилии? — беспристрастно спросил предсказатель у Лео, вынимая самострел из еще мягких и податливых рук, торчащих из сугроба.
— Угу, — без интереса бросил Каратель, выворачивая карманы трупа. — Ого! Смотри какая яркая брошка! Как думаешь, Лии понравится?
— Пошли, — не стал потакать праздной болтовне спутника Вебер. С тела он забрал только небольшой запас болтов, предварительно тщательно осмотрев их смазанные темной субстанцией наконечники.
Двоица продолжила свой путь. Вьюга практически сразу заметала следы что они за собой оставляли. Завывая ненасытными ветрами и вымащивая каждый доступный клочок земли белой пеленой, снегопад постепенно перерастал в настоящую бурю.
В двухстах метрах от заснеженного берега, у самой кромки леса гордо и обособленно возвышался темным прямоугольником, переделанный под придорожную корчму старый рыбацкий склад. В таких злачных хибарах обычно сушили бычков, карасей да грибы. Как жилые здания их никто не использовал. Неровными изгибами тянулась от корчмы едва заметная тропа, удаляясь куда-то в сторону леса.
