– Вот и всё. Других гостей не будет, так что и в нашей коморке все спокойно уместимся.
– Заманчиво. Так-то можно, конечно…
Оливер резко затормозил, и я, не пристёгнутый, чуть не приложился лицом о панель.
– Что за де… – начал я, но осёкся, посмотрев вперёд.
Там, на перекрёстке, улица терялась в стене серого тумана. От мала до велика, все знали, как выглядит пенумбра, и сейчас люди из соседних домов спешили прочь с вещами. Очередной квартал выпадал из реальности, как всегда внезапно и непредсказуемо. Где-то за этим туманом, в выпавшем квартале находился дом Оливера – от этой мысли стало жутко. Взглянув на друга, я испугался ещё больше – его лицо было белым, глаза широко раскрыты. Костяшки пальцев на руле побелели от напряжения. Через секунду он выскочил из машины и бросился к туману.
– Оливер! – крикнул я, спеша за ним. – Куда?! Стой!
Но он не слушал. Догнал я его почти у самого тумана. Я пытался схватить его за пиджак, но он уворачивался. Тогда я сшиб его на землю, упав вместе с ним. Придавил друга к каменной кладке старинной дороги и попытался докричаться до него:
– Оливер!
– Пусти! Слезь!
– Успокойся! Оливер!
– Слезь с меня! – Он пытался вырваться, но я держал крепко. – Там мои родители!
– Ты их не спасёшь вот так! – крикнул я. – Угомонись! Я помогу тебе, если ты успокоишься!
Оливер, кажется, услышал меня и перестал трепыхаться. Он был крупнее меня, но я знал, как можно удержать человека на земле. Опять же, благодаря дяде.
– Там мои родители, Астар, – повторил Оливер. – Они исчезнут вместе с кварталом.
– Не исчезнут. Мы пойдём туда вместе, ты и я. Но не вслепую. Нужен компас, нужны приборы!.. У моего дяди есть несколько штук, нужно только добраться до нашего дома.
– Нет времени! – закричал Оливер, снова пытаясь освободиться. – Они погибнут!
От пощёчины его голова несильно ударилась о камни. Он затих, посмотрел на меня.
– Если ты вот так полезешь в пенумбру, – попытался донести я, – то просто исчезнешь. Это ведь ты отличник, ты должен понимать, что без приборов тебе ничего не сделать!
– Сделать! Они ведь ещё не в бездне! Я могу вывести их оттуда через пенумбру, я знаю, как это делается!
– Это невозможно… почти невозможно!
– Почти!..
– Успокойся, прошу тебя! Мы их вытащим, правда, вытащим, только сперва нужно взять компас. Только так.
Ещё несколько секунд он лежал, глядя на туман, и ничего не отвечал.
Потом повернул голову ко мне и согласился:
– Хорошо. Только очень быстро.
– Конечно, быстро, – кивнул я, вставая. – Мы обернёмся меньше чем за час…
Но не успел я отряхнуть джинсы от пыли, как Оливер рванул к туману. Не ожидая такого, я побежал за ним, но было уже поздно. Секунда – и он исчез в ровной, гладкой, как стекло, туманной стене. А я остановился прямо перед ней. Искушение нырнуть за другом было велико, ведь я действительно боялся за него… Но в то же время я понимал, что это глупо и бессмысленно. Пока я жив, ещё есть надежда вытащить из бездны и Оливера, и его родителей. Но если погибну и я…
Выбора у меня не было. Я бегом вернулся в машину, уже на место водителя, рывком захлопнул дверь. Двигатель, не заглушенный Оливером, взревел, и машина, развернувшись, понеслась вверх по улице.
По дорожке из гравия я подъехал к дому и, бросив машину у крыльца, взбежал по ступенькам. Миновав холл и обогнув лестницу, ведущую на второй этаж, я оказался в узком коридоре. Дверь в дальнем его конце вела в святую святых – мастерскую моего дяди. Внутри стояли верстаки и рабочие столы, усыпанные запчастями, из которых торчали провода. При желании я и сам мог бы собрать из этого хлама простейший компас, но сейчас на это у меня не было времени. Поэтому я просто покопался в одном из шкафов, где и нашёл всё необходимое. На левое запястье надел браслет с компасом, на правую кисть – перчатку Мейнерта, чтобы перемещаться в бездне. На ремень прицепил компактный аппарат Хейнцеля – маленький и поразительно лёгкий, но достаточно мощный, чтобы выкинуть меня в бездну и вернуть обратно. Защитного костюма я в мастерской не нашёл и решил не тратить время на его поиски. Это, конечно, чревато серьёзным истощением, но лучше я потом буду месяц валяться под капельницей, чем раз и навсегда потеряю близких.
Когда я примчал обратно, туманный квартал уже был оцеплен. Полицейский у заграждения замахал мне руками:
– Проезд закрыт! Несколько кварталов в тумане! Возвращайтесь!
Я молча показал ему браслет и перчатку, и коп пропустил меня. Не задал ни одного вопроса, даже не предположил, что я студент. Счёл, что я – один из ликвидаторов коллапса. К сожалению или к счастью, в критических ситуациях люди часто забывают обо всех инструкциях. Возможно, этот коп и не был пренебрежительным – просто не хотел препятствовать разрешению проблемы. Мне это было на руку.