Ныне отпущаешиПленника, но не раба твоего, ироде,Хотя не целованной ручкаЗемлистая, в мозге засохшем, тате, осталась твоя!(Бог уберег,Молвят одне, а другие:Карта легла! – ухмыляяся, скрипнут зубами).Хладен ты, век,Ветр оренбургских пустот!Ныне – по небуПуть на свободу тебе, ныне – ратями править,Ныне благословен верой и правдой служить.Но безнаказанной, нет, не уйдёт никакая свобода,И лыком под кожу,В гнойную строку вплетут бытописью, слизью гадючьей,Попомнят не разЗаячий вечный тулупчик тебе, офицер.<p>Иконостас</p>открыв банку морской капустыя туда постного масла добавила у вас не было такой возможностио. Павелчёрными линиями ламинарийвыложим у черты прибоя однусловно бы чёрную присыпанную набухающим берёзувеснунепрекращающийся мозгновый путь, весыновый векподнимет нас за власы:соловецкий лагерный заводлевашовская пустошьперечисление непустотнам не понять – ну что жимя «флоренский» в наш век —плывущее в пустоте:не вы воссоздателии не выи не вы.и не те.<p>Мать Мария Скобцова</p>попробуй детям Своим прикажи:«не высовывайтесь! там за стенойвизжит шальная трассирующая жизнь —не ходите за Мной!»вышивает мулинэ огненный парадиз:св.равенсбрюк воскресения пещьрусская птица-весна парижский карнизДух-Песнь-Вещьпопробуй удержи уговорами или крестом —поёт и поёт без спросу!попробуй погаси Своим великим постомеё вечную папиросу<p>Вечная память</p>
Людмиле Айзиковне Никишиной
Легла, как Руфь, в чужой земле, у ногВладыки.Воскомастих степного минусинского пескаТвои наполнил плотно ноздри,Как лентием, окован смуглый лоб таинственным венцом —Се, таинство воздвиженья престола! —Радостамою дождей омыта грудь,Свет Литургию памяти вершитНа бренных рёбрах:Как эти Кровь и Тело, память – вечна.О, когдаГорячим жаром Галилеи и любвиТы разжигала русскую сырую веру,Когда гортанным арамейским соловьемЛюбимому Христу ты пела эту песньВ снегах сибирских, —Не сам ли предстоял Иаков, брат Господень,Апостол Ерушалаима,Воздев молитву и огонь сухих ладонейПередавая небу!<p>Читаю ночью</p>
Елене Дорман
Качание ветвей и Шмеман на луне.В мои глаза вселенная живаяГлядит как Церковь: всё во мне – вовне.И не переставая, не переставая.Качание в ночи, движение руки.Что – дни мои! всё днёвки, дневники.Как после даты препинания легки:Отточье, запятая.<p>О. Александру Шмеману, в честь выхода в России его книги «Литургия смерти»</p>
