День империи полностью

Первой мыслью Якуса было снять с себя грудной щит, вырвать из груди ненавистный блок памяти и раздавить его в своей ладони, но голос, идущий изнутри его, вовремя остановил эту безумную и опасную попытку:

— Стоять.

В тот же миг правая рука словно онемела и совершенно перестала ему подчиняться.

— Если хочешь побороться — давай, но учти, что я прожил долгую жизнь и поэтому гораздо сильнее тебя, малыш.

Внезапно, один за другим, все узлы в техноплоти Якуса начали выходить из строя. Он был не в силах контролировать этот процесс и ещё через несколько секунд его собственное я сократилось лишь до размеров органического мозга, зажатого в голове между чуждыми кусками металла.

— Отпусти меня…

— Мы пока ещё не довели до конца один очень важный разговор, — повинуясь приказам Фарио, механическая ступня сделала шаг вперёд и в эти мгновения Якус почувствовал себя безучастным пассажиром, наглухо замурованным в кабине огромной, шагающей машины, — Знаешь, я мог бы сдать тебя в самом начале и я уже даже было собирался, как и любой законопослушный гражданин, сообщить обществу о твоём ужасном преступлении. Но затем я подумал, а что будет со мной после того как тебя раскроют. Мою устаревшую техноплоть вместе с блоком памяти наверняка пустили бы на переплавку, а это для меня могло означать лишь окончательную смерть. Передо мной стоял нелёгкий выбор и тут я обратил внимание на твою собственную личность. Вначале я лишь просто ненавидел тебя, но вскоре это прошло и я смог трезво разглядеть в тебе необычайную даже для фаталока целеустремлённость и силу воли. Сквозь страх и растерянность внутри тебя я, наконец, отчётливо увидел лик патриота, который больше всего на свете хотел жить и служить своему государству. Это странно, но вскоре я начал испытывать уважение и симпатию к убийце и преступнику. Я тщательно изучал каждую твою мысль, каждое действие и поступок. Вскоре я узнал о тебе больше чем ты сам о себе знаешь. Оказывается ты не такой как все остальные. Весь род Сицилау — это, возможно, результат некого странного генетического эксперимента. В вас гораздо больше всего от животного чем у других патрицианских семейств и это же является залогом вашей необъяснимой гениальности. Вы словно способны чувствовать и предугадывать то, что бывает недоступно обычному разуму. В то же время эта ваша особенность является и вашим великим проклятием. Иногда вы бываете не в состоянии до конца владеть своими эмоциями и тогда эта ваша животная сущность может просто выплеснуться наружу. И если все остальные Сицилау ещё как-то могут контролировать внешние проявления этой психической неуравновешенности, то с тобой дела обстоят уже совсем по иному. Ты совершенно не такой, как все остальные. Ты другой даже по сравнению с ними. Какие-то невероятные комбинации ДНК в твоём мозгу, еще при клон-рождении, в несколько раз усилили, как и твои способности так и твоё дикое, животное начало. Я ещё не знаю, что тебя ждёт в будущем — позор и презрение или же слава и небывалый успех.

Что теперь, в таком случае остаётся делать мне — главной жертве твоего ужасного преступления? Я долго думал об этом. Знаешь кем я был раньше? Я был неудачником-рабочим, который привык слышать в свой адрес лишь насмешки и издевательства. Формально по закону я был таким же гражданином, как и все остальные, но на деле всё обстояло совсем по другому. Старшие фаталоки указывали на меня своим клон-детям и говорили — «Хорошенько смотри и учись каким тебе не нужно быть. Он прожил долгую жизнь и так и ничего в ней не добился.» Я достаточно терпел такое к себе отношение, но тут появился ты и Фарио, которому никогда не доверяли ничего кроме как закрутить гайки, в считанные дни стал сначала солдатом, а затем и офицером. И пусть я сам не принимал в этом никакого участия, но это всё же здорово льстило моему самолюбию. Фарио спасает генерала Сириула, Фарио предсказывает восстание животных, Фарио герой Битвы за Центраполис, Фарио скоро получит повышение о котором раньше не мог и мечтать. Я подумал — может мы с тобой смогли бы стать союзниками. Мой опыт и твой талант в совокупности могли бы дать совсем не плохой результат.

— Хорошо… только поскорей отпусти меня.

— Конечно.

Внезапно сила, державшая в своём подчинении техноплоть Якуса, отпустила его и он снова смог физически ощущать каждый винтик, вкрученный в своё механическое тело. Сознание снова стало ясным, а мозг, как и прежде, был в состоянии сходу запоминать огромные числа и производить сложнейшие расчёты.

— Мне пора идти.

— Подожди одну минуту. У нас с тобой остался ещё один серьёзный разговор.

— Чего тебе от меня нужно на этот раз?