День, когда Бога не стало полностью

Маша с мамой говорят с сестрой Мариной из Кейптауна. Сестра Личарская, так зовут Марину в миссии, рассказывает о непроходимой бедности местного населения и благости церкви, что выделяет им немалый бюджет на борьбу с этой бедностью. «Но бороться с бедностью тут, – говорит сестра Личарская, – все равно что бороться с морскими волнами на мысе Доброй Надежды». Маша очень хочет в миссию. Она отправится сразу после школы. В Индонезию.

Геннадий гуляет по парку. Нателла не захотела мерзнуть. Осталась дома. Геннадий смотрит, как кружат белые хлопья, и благодарит Бога за это рождественское чудо.

Геннадий садится на лавку, припорошенную снегом, и достает из внутреннего кармана плоскую бутылку. Мысленно читает молитву и делает глоток. Потом еще один. И еще. Закручивает крышку, выбрасывает в урну. Бутылка громко звенит. Человек с собакой оборачивается, собака лает. Геннадий улыбается.

Он встает с лавки, отряхивает брюки и идет по центральной парковой аллее.

Вода в карьере блестит. Белые снежинки не оставляют ряби. Камни вокруг отливают серебром. Луну не видно за снежными облаками. Чей-то тихий смех и плеск воды. По ровной глади плывет лодка. В лодке Бут и Марчелла. Он гладит ее по длинным русым волосам, а она гладит его небритое лицо. Он целует ее руку. Она смотрит на него и улыбается.

– Тебе не холодно? – спрашивает Бут.

– Нет. Совсем не холодно.

– А мне холодно. Очень холодно.

– Я тебя согрею.

И Марчелла обнимает Бута и прижимает его голову к груди, целует его лысую макушку.