Такова была Дженна; забыла, кто звонил, но зато запомнила, что это очень важно. Хорошо, Роб восполнил пробел:
– Том Чеймберс, член местного парламента.
– И чего же он хочет?
– Увидел статью, – продолжал Роб, – и как член местного парламента интересуется, может ли чем-нибудь вам помочь.
– Это хорошо, да? – Поппи всё ещё надеялась, что её действия приведут к хорошему результату.
– Может быть, Поппи, только ни на что не соглашайтесь, не посоветовавшись со мной, хорошо?
– Простите меня, Роб. За эту статью и… вообще.
Он покачал головой, пальцами пригладил усы.
– Вы ни в чём не виноваты, Поппи. Виноват я, потому что не объяснил вам всё как следует. Боюсь, вас одурачили. Многие журналисты – умелые манипуляторы, они знают своё дело куда лучше вас. Им известно, как выудить из вас информацию, которую они хотят услышать.
Она лишь кивнула в ответ. Не могла же она сказать, что Майлз Варрассо встретил достойного собеседника в её лице!
Пройдя в прихожую, Поппи набрала записанный на бумажке номер, не сомневаясь, что попадёт на автоответчик, многоканальный телефон или, в крайнем случае, секретаря. Но на другом конце провода она услышала громкий, чёткий мужской голос. Незнакомец ответил сразу, не дав ей времени собраться с мыслями и обдумать, что сказать. Она боялась показаться полной дурой.
– Да, я вас слушаю? – Собеседник был несколько нетерпелив.
– Это Поппи… то есть Поппи Дэй. Вы звонили, а я не смогла подойти. – Она съёжилась от страха. Много ли на свете Поппи, до которых он пытался дозвониться в последние полчаса?
– Ах, да! Поппи Дэй! Я так рад, что вы перезвонили!
Он слишком сильно подчеркнул частицу «так», и Поппи сразу поняла, с кем имеет дело. Судя по голосу, собеседник был очень-очень шумным и очень-очень импозантным; с такими она всегда чувствовала себя неловко. Эти черты характера были свойственны членам тайного общества, в которое Поппи никак не могла попасть. Девчонки вроде Гарриет выходили замуж за подобных типов.
– Я тоже. – Поппи снова съёжилась, осознав, что такой ответ в идиотизме ничуть не уступает привычному «хорошо».
– Я звонил, Поппи, чтобы, во-первых, подбодрить вас в такие тяжёлые времена. Как вы держитесь?
Как она держится? С большим трудом она держится. Но так отвечать на вопрос было бы не слишком вежливо.
– Хорошо. – Поппи зажмурилась и закусила нижнюю губу.
– Превосходно, это просто превосходно. Во-вторых, я хотел поинтересоваться, может быть, вы не против встретиться, обсудить, как идут дела, и удостовериться – мы делаем всё, что можем, лишь бы вернуть вашего мужа домой?
Его слова звучали в её ушах чудесной, завораживающей музыкой. Он был таким деловым, таким уверенным в себе – разве могло у него что-нибудь не получиться? Он произнёс волшебные слова: «вернуть вашего мужа домой». Какое прекрасное сочетание… Поппи было наплевать, что в её голосе слишком уж много радостных эмоций.
– Да! Да, встретиться – отличная идея, спасибо вам большое. Я буду благодарна за любую помощь. – Она надеялась, что Роб не слышит её вероломную речь.
– Превосходно. Превосходно. Вот что, у меня сегодня приёмный день, и я вполне могу уделить вам час. Как вам такой вариант?
Поппи ни минуты не сомневалась в ответе. Как ей такой вариант? Да это же просто изумительно!
– Отлично. Спасибо, мистер Чеймберс. Я очень вам признательна. – Поппи съёжилась в очередной раз. Как ей к нему обращаться? Сэр? Ваше превосходительство?
– Прекрасно. Превосходно. Увидимся в моём кабинете, на главной улице, скажем… в четыре?
– В четыре? Да, давайте.
– Превосходно. И вот ещё что, Поппи. Называйте меня Томом.
– Хорошо. Спасибо, Том.
Щёлк – и связь прервалась. Так в жизни Поппи появился новый приятель, Том, который был очень богатым, очень деловым, любил говорить «превосходно», даже если это слово совершенно не подходило под ситуацию, и хотел ей помочь. Всё остальное Поппи не интересовало. Он мог говорить любые слова на любом языке – главное, чтобы помог вернуть Мартина домой. Больше ничего не имело значения.
Время пролетело быстро. Поппи не задавалась вопросом, что надеть, но, уже придя по адресу, подумала – надо было одеться понарядней. Входная дверь была выкрашена тёмно-зелёным. Такой нейтральный цвет, наверное, выбрали специально, чтобы совету не приходилось её перекрашивать после каждых выборов. Тщательно отполированная табличка гласила:
Том Чеймберс,
член парламента от консервативной партии
Уолтемстоу-Ист
Поппи нажала на кнопку звонка. Дверь тут же загудела и приоткрылась.
Глазам девушки предстала деревянная лестница – крутые ступени, сияющие медные перила. В воздухе витал аромат «Брассо».[4] Поппи поднялась наверх, где располагались два кабинета, справа и слева. Она заглянула в дверь слева, но из-за двери справа тут же раздался громовой голос – можно даже сказать, за её спиной. Его мощь и сила поражали.
