Вообще-то у меня уже выработалась привычка следить за тем, что происходит вокруг. Волей-неволей эта самая привычка появится, если ты видел вооруженных бандитов, а к ним вдобавок еще и белоглазых мутантов. Когда ты на войне, так нужно и жить по правилам войны.
Подойдя к девушке, лежавшей на боку в позе зародыша, я стал осторожно лить воду ей на голову.
– Аккуратнее! Захлебнется ведь!
Митька предостерегает. Я даже усмехнулся – вот же заботливый какой! И ведь похоже, что искренне переживает!
– Не учи ученого… – тихо пробормотал я под нос, глядя, как девушка открывает глаза.
– Вы кто? – спросила девчонка.
Митька заржал:
– Старая песня о главном!
Я показал ему кулак, и он тут же заткнулся. Не хватало снова ее напугать! В принципе девчонку понять можно: очнулась, а вокруг непонятно кто! Вооруженные, странные. Особенно Митька, с его вечными хохмами и лошадиным ржанием!
А потом она рассказала. И чем дольше я слушал, тем сильнее у меня костенели кулаки, тем сильнее в пульсирующем кровью мозге билась холодная ярость, требуя выхода. До какого скотства могут дойти люди, если их не ограничивать хотя бы малейшим законом!
Нет, ну я подозревал, что скоро начнется нечто подобное, и папа сразу мне сказал, что такое возможно, но чтобы вот так сразу… И ведь времени прошло всего ничего! Чуть больше недели! И вместо мира – скотный двор.
И уверен, такое везде, во всем мире! И как этому противостоять, я не знал. Вернее, знал, что делать, и не знал, хватит ли у меня на то сил.
Почему у меня? Почему это должен делать я? А кто?! Кто, если не я?! Я же человек! Я мужчина! А мужчина должен служить и защищать! Так говорил мой папа. Так говорю я.
Мы загрузились барахлом и поехали сначала на базу, поскольку мотаться на машине, загруженной ящиками с патронами, – это неразумно. Надеюсь, мы успеем посетить проклятую «Бакланку», прежде чем вернется основной контингент ее обитателей.
Судя по рассказам Насти, в этой национальной банде должно было остаться еще не менее двадцати бойцов. Плюс «обслуживающий персонал» в виде их сестер и просто девушек кавказской национальности. Скорее всего, «на мародерку» они поедут большой толпой: нужно ведь будет грузить барахло. Но вряд ли возьмут с собой больше десяти человек. Зачем больше? Только место занимать. А ведь кого-то надо оставить и на охране. Вдруг кто-то припрется мстить? Они многим, очень многим насолили!
Кстати, не понимаю такого зверства. Людей осталось мало, Земля свободна, так зачем убивать друг друга?! Зачем творить такое?! Это что, мечта всей жизни – иметь рабов и делать с ними что хочешь? Похоже, что так и есть… мечта!
И вообще непонятно, откуда повылезло столько дерьма. Ну вот мы, я, Митька, Мишка, та же Настя – мы хорошие люди! Мы не хотим никого насиловать, убивать! Если нам приходится убивать, так это только потому, что мы вынуждены защищаться! Но ТЕ – зачем это делают?! Еды – сколько угодно! Жилья – сколько угодно! Все что хочешь, от машин до самолетов, все твое! ЗАЧЕМ?!
Стремление к власти? Все есть, но хочется еще и власти? Ну ладно, одному, может, хочется власти. Остальные, его банда – зачем ему подчиняются?! Кто их заставляет исполнять мерзкие, подлые приказы?! Вероятно, чтобы это понять, надо быть одним из них. А я не один из них и никогда таким не буду.
Мы заехали на Гору мимо женского следственного изолятора и у двухэтажного дома, построенного еще пленными немцами после войны, свернули направо к налоговой инспекции Волжского района. Удобное место: и с дороги не видно, и подойти можно, куда надо, легко и свободно. Все близко. А надо нам… я знаю, куда нам надо.
Плохо, что не успели зарядить рации, которые взяли в РОВД. Хотя и рации эти на самом деле слабенькие, мне так кажется! Нам бы японские, маленькие… а не эти безобразия. Пришлось дожидаться, когда Митька и Мишка займут позиции, а потом смотреть, как они машут из форточки, показывая, что находятся на месте. Похоже, что Митьке пришлось стрелять в дверной замок, чтобы открыть дверь, – я слышал звук выстрелов. Надеюсь, в общаге никто не всполошился.
Тихо. На улице никого не видно, все сидят внутри. Что в принципе и понятно – жарко! Июнь, в конце-то концов! Честно сказать, с меня пот льет ручьем, и хорошо, что я догадался взять с собой бутылку минералки – пусть теплая, но все-таки вода. На мне разгрузка поверх камуфляжа, в общем, я сейчас в настоящей сауне.
Настя тоже не шибко вольготно себя чувствует – и на ней разгрузка. Запасные магазины надо как-то тащить? Ну и вот. Ей тоже дал укорот, ну и пистолет на поясе. Сказал, чтобы без команды не стреляла, иначе может запросто пальнуть мне в спину – просто от неожиданности. Так что автомат на груди, ремень через голову на плече. Пистолет в руке. А я основная ударная сила, Настя больше за носильщика и за проводника. Ну и охрана спины. Мало ли…
Выждав, убедившись, что все в порядке, ребята на местах, я безо всяких особых ухищрений перешел дорогу и вошел в общежитие.
– Сюда, налево! – предупредила Настя, я кивнул и двинулся по лестнице наверх.
