Две недели мы провели в подземном убежище в полном покое, наслаждаясь своей любовью и коротая дни тем, что по несколько раз на день просматривали телепередачи, ожидая, что полковник Рогозин организует на нас широкомасштабную охоту с привлечением через средства массовой информации добровольных помощников. Однако, кроме того, что в первый же день по информационным программам прошли краткие сообщения о том, что некий сумасшедший устроил перестрелку в помещении компании "Интерросстрейд" и сумел удрать от работников службы безопасности через подземные коммуникации, больше никаких сообщений не было. Все, что показали телевизионщики, это несколько интервью, взятые у некоторых жильцов окрестных домов, но никто из них не смог толком сказать что же именно происходило за зеркальными стенами офиса компании.
Один дошлый телерепортер, из числа тех типов, которые готовы получить в задницу заряд картечи, лишь бы задать кому-нибудь неудобный вопрос, сумел пробраться в палату к Кайману и поговорить с ним несколько минут. Внятных ответов от покалеченного кик-боксера он не получил, но развел из этого словоблудия на целых десять минут эфирного времени, задаваясь вопросом, кто же был тот сумасшедший, который умудрился в перестрелке ранить семьдесят шесть человек, избить несколько здоровенных жлобов, а потом еще и уйти через подземные коммуникации.
При этом репортер упомянул, что на крышу здания высадился взвод спецназа и, пробыв в здании мене часа, почему-то убрался восвояси. Так как Клим упорно хранил молчание и отказался дать интервью настырному телевизионщику, тот сделал вывод, что скорее всего в офисе компании произошла разборка и поскольку в ней пострадало официальное лицо, приехавшее в Москву из Ичкерии, речь теперь вполне могла идти о новой войне на улицах города.
Мне удалось проникнуть в компьютер управления криминальной милиции, которая хотя и не делала ничего, чтобы остановить рост преступности, но все же знала о ней достаточно много. Так вот, там также не появилось ориентировки ни на меня, ни на Ольгу и это утешало. Зато мы узнали, что Антип дал деру из страны и спрятался так тщательно, что его невозможно было отыскать. Случилось это после того, как Ольга позвонила ему и поинтересовалось, как здоровье Огурца. Не доверяя этим типам, я решил покинуть Россию через Прибалтику, но поначалу намеревался отсидеться до июня месяца в нашем подземном убежище, а потом перебраться в Псковскую область, где у нас со Стариком, с тех пор когда он еще выращивал лекарственные травы, имелся хутор в лесу, поблизости от границы.
На пятнадцатый день, около полудня, когда мы с Ольгой отдыхали после завтрака лежа в постели, компьютер предупредил нас о том, что в поле зрения телекамер появились люди. Визитерами оказались какие-то байкеры, приехавшие в лес на мотоциклах. Их внешний вид показался мне подозрительным хотя бы потому, что у них были с собой топоры, пилы и объемистые сумки. Всего их было девять человек и остановившись в двухстах метрах от нашего бункера, они принялись рыскать по лесу в поисках чего-то очень важного для себя. Внимательно наблюдая за этими типами, я долго не мог понять, какого рожна им нужно в этом глухом и безлюдном месте, пока они не нашли то, что искали. Большой, плоский гранитный валун.
То, что они стали делать дальше, возбудило во мне неприятное подозрение. Действуя энергично и целеустремленно, эти типы, затянутые в черную кожу, стали аккуратно вырубать редкий подлесок среди деревьев, которые росли в этом месте довольно далеко друг от друга. При этом они тщательно собирали с земли опавшую хвою и относили весь мусор далеко в лес. Выбери они для своих приготовлений, какое-нибудь другое место и может быть я не стал бы относиться к их возьне столь внимательно. Но вот то, что они решили окультурить мой запасной выход, который был заботливо замаскирован весьма непростым гранитным валуном, который нам со Стариком пришлось привезти сюда издалека, заставило меня наблюдать за ними очень пристально. Этот валун, треснувший посередине, на самом деле был скрытым люком, через который мы могли незаметно выйти из своего подземного бункера почти за полтораста метров от него.
