-- Его вес превышает восемь килограммов, но реактивная граната ПГ-27 имеет тандемную кумулятивную боевую часть, что позволяет бороться с целями, оснащенными системами динамической защиты. Первый заряд, сравнительно маломощный, вызывает срабатывание элементов динамической защиты, а второй, намного более могущественный, воздействует на сам корпус. Бронепробиваемость без учета ДЗ - шестьсот миллиметров стальной брони при угле встречи шестьдесят градусов. Из-за увеличения массы выстрела эффективная дальность снизилась до ста сорока метров, но в условиях городского боя это не критично. Это один из самых мощных и компактных образцов персонального противотанкового оружия во всем мире, позволяющий обычному пехотинцу противостоять основному боевому танку и выходить победителем из такой схватки.
Иван Иванович, настоящее имя которого теперь уже некому было вспоминать, неожиданно замолчал, склонив голову. Его не пытались окликнуть, терпеливо ожидая. А инструктор думал о том, что, окажись в их руках тогда, в августе восьмого такое прекрасное оружие, возможно, грузинские танки и не прошли бы до центра Цхинвала, раскатав своими гусеницами по пути городки русских миротворцев. Но у них, отряда осетинского ополчения, был лишь один РПГ-7 на десятерых, да дюжина выстрелов самых первых модификаций, способных разве что оцарапать броню новейших вражеских танков, оснащенных всеми возможными системами защиты.
Все, что могли сделать спешно брошенные навстречу вражеской стальной армаде бойцы - это умереть под шквалом огня. И они умирали, один за другим, разорванные осколками, посеченные бьющими в упор пулеметными очередями. Умирали, отчаянно вцепившись в родную землю, делая каждый шаг по ней для врага все более и более трудным. И продержались до той минуты, когда помощь все-таки подошла, сходу отбросив противника обратно в его логово.
В тот день погибли все, кого знал тот, кто назвался здесь и сейчас Иваном Ивановичем. А он словно в насмешку судьбы, остался жив и почти невредим, отделавшись осколком в колене, извлечь который не смогли и по сей день. Тогда он не знал, для чего жить, и только теперь понял, что благодаря его оплаченному кровью опыту эти молодые парни, некоторым едва исполнилось двадцать, могут получить хотя бы крохотный шанс уцелеть в той мясорубке, в которую так спешат попасть по собственной воле.
-- Вам предстоит сражаться с опасным, решительным, прекрасно обученным противником, обладающим абсолютным превосходством в технике, - наконец, нарушил молчание немолодой инструктор. - Но и у самого сильного врага есть уязвимые места. И за то время, что отведено для наших с вами занятий, вы должны узнать их, научиться пользоваться слабостью противника и побеждать его в условиях, когда победить, кажется, невозможно. А для этого необходима практика!
Через несколько минут Олег Бурцев уже стоял на коленях, придерживая лежавший на плече тубус гранатомета РПГ-26. Танк, большой, неуклюжий, какой-то угловатый, точно вырубленный топором из цельной глыбы металла, появился из-за поворота, на миг подставив борт. Олег прикинул дистанцию, оценив ее в полторы сотни метров. Сержант нажал на спуск, и над ухом оглушительно грохнул выстрел. Дымная стреляя реактивной гранаты мелькнула на мгновение, а затем на броне вражеского танка полыхнуло пламя.
-- Хорошо, - одобрительно кивнул Иван Иванович. - Получаете зачет. Надеюсь, в реальной стрельбе повторите свой результат. Следующий!
Бурцев отошел в сторону, уступая место своему товарищу. Скоротечный поединок, как и большая часть практических занятий, происходил в виртуальной реальности. Универсальный тренажер 1У35М, размещенный в одном из корпусов пионерлагеря, позволял имитировать стрельбу из различных видов оружия с высокой достоверностью, не привлекая ненужного внимания. Инструктор на своем компьютере мог видеть весь процесс прицеливания, вводя данные о ветре или освещенности. Конечно, этого было мало, и компьютерные игры перемежались выездами на полигон.
Каждый раз по пути на стрельбище Олег, да и другие партизаны, думали, что их пребывание на этой базе тайна отнюдь не для всех. Бойцы выезжали группами по двадцать человек, и каждый раз их сопровождали офицеры Сил внутренней безопасности, структуры, заменившей собой и армию, и милицию.
Полицейские были немногословны, стараясь не вступать в беседы. Партизан грузили в закрытые "Уралы" и КАМАЗы, беспрепятственно миновавшие КПП, высаживали на стрельбище, оборудованном всеми мыслимыми и немыслимыми мишенями, и предоставлял свободу действий. И бойцы отрывались по полной, от зари до зари расстреливая мишени из автоматов, пулеметов, снайперских винтовок, РПГ, даже пистолетов. Патронов всегда было полно, так что по возвращении у всех шумело в ушах, некоторые после интенсивных стрельбы даже теряли слух на несколько дней, но учеба не останавливалась ни для кого.
