-- Сохранять бдительность! По периметру могут быть установлены мины, - напомнил командир взвода, сам выглядевший потрясенным увиденной картиной. - Всем смотреть под ноги!
Большая часть партизан погибла, не успев проснуться. Удар был нанесен быстро и точно, но полицейские не теряли бдительности, готовые стрелять в собственную тень. Стволы "калашниковых" очерчивали дуги, целясь в каждый темный уголок, и пальцы, замершие на спусковых крючках, сводило судорогой.
Вспышки дульного пламени полыхнули на северной окраине лагеря, и мрак наполнился рубиновыми искрами трассеров. Судя по звуку, били из РПК, хлестнув длинной, во весь "рожок", очередью по рассредоточившимся по руинам лагеря полицейским. И тут же на западной стороне наперебой "заговорили" два или три АКМ. Несколько пуль просвистели возле самой головы лейтенанта, заставив того испугано-зло выругаться.
-- Пулеметчики, огонь на подавление! - крикнул полицейский. - Прижмите их!
Два "Печенега" обрушили на очаг сопротивления шквал огня, сметавший все на своем пути. Припав на колено, командир взвода развернулся в сторону опасности, крепко вжав в плечо затыльник приклада АК-74М. В окуляре ночного прицела НСПУ-5 мелькнул размытый силуэт. Попасть в горячке боя в своего офицер не опасался - все его бойцы на снаряжении носили теплоконтрастные метки, прекрасно различимые в "ночник".
Вбив в фигуру партизана две короткие очереди, лейтенант увидел, как тот согнулся, затем повалившись на землю. Еще один враг, отстреливаясь на бегу, скатился в огромную яму, оставшуюся от уютной землянки, и офицер швырнул вслед ему ребристый шар гранаты Ф-1. Грохнул взрыв, сопровождаемый жутким криком, взвизгнули осколки, рикошетом отскакивавшие от крутых склонов, полыхнуло пламя, а затем все неожиданно стихло.
-- Все целы? - лейтенант, держа оружие наизготовку, встал во весь рост, озираясь по сторонам. - Командирам отделений доложить о потерях!
Трех партизан, контуженых, растерянных, уничтожили за полминуты. Полицейским короткая перестрелка стоила двух легко раненых, которым взводный санинструктор уже оказывал необходимую помощь. За это взводный мог быть спокоен, и потому переключил внимание на более важные дела:
-- Внимательно все здесь осмотреть! Всех выживших - ко мне, при сопротивлении валить на месте!
-- Господин лейтенант, - раздался возглас из тьмы. - Сюда, господин лейтенант! Есть живой!
Офицер, повесив АК-74М на плечо, бросился на голос, перепрыгивая через воронки-оспины, оставленные двадцатитрехмиллиметровыми снарядами и обломки бревен, торчавшие из земли. Несколько бойцов, вставших в круг, при его появлении расступились, пропуская командира.
На земле лицом вниз лежал человек. Сперва лейтенанту показалось, что партизан мертв, хотя он не был сильно покалечен, но стоявший над телом, сообщил:
-- Он жив. Похоже, единственный, кто остался! Всюду трупы!
Партизан, распростершийся у ног полицейских, едва заметно пошевелился. Лейтенант, указав на одного из своих бойцов, скомандовал:
-- Переверни его! Осторожнее!
Две пары крепких рук бережно оторвали от земли партизана застонавшего, переложив его лицом вверх. Затем бойцы отошли в сторону, а лейтенант опустился на корточки рядом с пленным. Партизан зашелся в кашле, содрогаясь всем телом от боли и захлебываясь собственной кровью. Он с ненавистью смотрел на полицейского, мечтая только о том, чтобы нашлись вдруг силы вцепиться тому в глотку в последнем броске, но тело уже не слушалось.
Лейтенант встал, снимая с плеча автомат. Сдвинув флажок переводчика огня в крайнее нижнее положение, он направил ствол в голову партизана. Лицо того исказилось от ненависти.
-- Так надо, - произнес лейтенант отрешенным голосом. - Сегодня никто не должен выжить!
Сухо треснул одиночный выстрел, упала, звякнув о камешки, гильза, резко пахнущая пороховой гарью. Стоявший неподалеку полицейские от неожиданности вздрогнули, и кое-кто сам едва сдержался, чтобы не нажать на спуск. Лейтенант забросил "Калашников" за спину, двинувшись дальше по пепелищу и на ходу стирая с лица брызги крови. Он успел привыкнуть к подобному и не испытывал брезгливости.
-- Господин лейтенант, осмотр закончен, - доложил один из взводных, оказавшийся на пути командира. - Выживших нет, только трупы!
Лейтенант кивнул с одобрением. Офицер был уверен, что теперь никто не расскажет, почему и куда исчезли партизанские отряды, сейчас тайными тропами стягивавшиеся к маленькому рабочему городку на Урале, оставив вместо себя малочисленные заслоны, всеми силами пытавшиеся отвлечь внимание противника. Конечно, вскоре все выяснится, но главное сейчас - выиграть время. Враг узнает обо всем лишь тогда, когда сам окажется под прицелом.
-- Выставить оцепление! Тела собрать в центре лагеря! - принялся отдавать приказы лейтенант.
