Разведывательный отряд, к которому разрешили присоединиться британцам, выдвинулся к городу через пятнадцать минут. Хмурый офицер с четырьмя звездочками на погонах и в полной экипировке указал репортерам на массивную четырехколесную машину. На ее крыше был установлен на турели крупнокалиберный пулемет.
-- Залезайте внутрь и не высовывайтесь, пока я этого не разрешу! Это не экскурсия, нас наверняка ждут и уже готовы к встрече!
-- Мы бывали в переделках и не станем обузой, - процедил сквозь зубы Хопкинс. Репортер переоделся в камуфляж русского образца, и какой-то солдат выдал ему тяжелый бронежилет с огромными надписями "Пресса" на спине и груди и глубокий шлем, весивший так много, что трудно было поворачивать голову.
-- Послушайте, мистер, - русский капитан, настоящий великан ростом за два метра, косая сажень в плечах, навис над англичанином, - если на вас появится хотя бы царапина, с меня не погоны, голову снимут. Мне не нужны неприятности, так что вы будете сидеть в "Тигре" и не высовываться. Командование решило сделать нас няньками, и мне это не нравится, как не нравится, что мы суемся в полный партизан город без прикрытия и толковой разведки! Так что проблем у нас хватит и без вас. Если условия кажутся вам неприемлемыми, оставайтесь здесь, пока мы не выдвинулись!
-- О, меня все устраивает! - усмехнулся Хопкинс, чувствовавший себя настоящим средневековым рыцарем в своем снаряжении.
Репортеры через широкий двустворчатый люк в заднем борту русской бронемашины забрались внутрь, оказавшись стиснуты со всех сторон тоннами брони. Уильям Бойз, забившись в дальний угол, бережно прижимал к груди компактную камеру. Рядом с ним на жесткое сиденье плюхнулся русский солдат, положивший на колени новенький пулемет "Печенег". Всего в десантном отсеке машины разместились пять полицейских в полной экипировке, обвешанных с ног до головы оружием, гранатами и запасными магазинами.
-- Билли, думаешь, с таким эскортом у нас могут быть проблемы? - Хопкинс говорил почти на ухо своему оператору. Для них обоих происходящее было отнюдь не в новинку, и оба журналиста чувствовали волнение своих спутников.
-- Думаю, да, Гарри.
Все заняли свои места. Командовавший отрядом капитан сел рядом с водителем, положив свой автомат, новый АК-74М с прикладом и цевьем из черного пластика и "подствольником" ГП-25, в специальное крепление над приборной панелью. Поднеся к губам рацию, он произнес:
-- Поехали!
С лязгом захлопнулся люк, так что в машине сразу стало темно. Взревел мощный дизель "Камминз" В-205, укрытый под капотом "Тигра", и бронеавтомобиль, переваливаясь на широких зубчатых покрышках через ухабы, двинулся к городу, выруливая на какой-то проселок. Впереди, возглавив небольшую колонну, двигался бронетранспортер БТР-80, сзади шел еще один "Тигр", вооруженный гранатометом АГС-30. Связавшись со своими машинами, командир группы произнес:
-- Дистанция пятнадцать! Всем держать скорость пятьдесят! По маршруту двадцать минут назад прошла "Пчела", была замечена подозрительная активность, так что смотреть в оба, оружие из рук не выпускать! Если попадем под обстрел, выжимайте полный газ и уходите от огня! Ни в коем случае не останавливаться!
-- Если встанем, нам хана, - неожиданно прокомментировал приказ командира пулеметчик, невысокий плечистый парень с рыжей шевелюрой, как у чистокровного ирландца. Обратившись к Бойзу, он сообщил: - Броня "Тигра" держит пулю из СВД, но любой РПГ прошьет машину насквозь. А гранатометов у партизан полно!
-- Тебя послушать, так лучше бы мы ехали туда на танке, парень, - кривовато усмехнулся Бойз, так же, как и его шеф, отлично понимавший по-русски.
-- Видит Бог, англичанин, я бы этого очень хотел!
Разведгруппа миновала заваленный мусором пустырь, обрамленный рядами серых от грязи и дождя гаражей, затем по обе стороны дороги потянулись хлипкие заборы из дерева или колючей проволоки, скорее обозначавшие границы чьих-то владений, чем на самом деле призванный остановить незваных гостей.
За заборами были видны дачные домики, похожие на подросшие собачьи конуры из фанеры, выкрашенной в когда-то яркие, а теперь совершенно поблекшие цвета, от нежно-зеленого до канареечно-оранжевого. Вокруг торчали оплывшие гряды, соседствовавшие с кучами опавших листьев и каким-то мусором. Дачный поселок выглядел совершенно безлюдным, но кажущееся спокойствие не обмануло командира.
-- Трофимов, к пулемету, - приказал капитан, обшаривавший пристальным взглядом правую обочину. - Верти башкой на триста шестьдесят градусов!
Солдат, встав со своего сидения, распахнул большой квадратный люк в крыше, взявшись за рукоятки мощного "Корда". Остальные бойцы тоже подобрались, раздался лязг затворов. Глядя на это, Уильям Бойз толкнул в плечо Хопкинса:
-- Может, стоило остаться в лагере, Гарри? Что-то мне не спокойно!
-- Иди к черту, - отмахнулся репортер, которого тоже одолевали нехорошие предчувствия.
