- Их нужно остановить, как хочешь, - помотал головой Буров. - Если эти морпехи прорвутся в центр, то смогут атаковать нас с тыла, взяв в клещи. Задержите их!
- Все сделаем, товарищ генерал. Но люди устали, очень много раненых.
- Мы уже нанесли американцам такие потери, каких они не знали лет пятьдесят. Скоро они сломаются и начнут отступать. Нужно держаться! А это еще что такое?!
Бетонный пол под ногами дрогнул, с потолка на голову посыпалась штукатурка, за окнами полыхнуло пламя, и ударная волна, ворвавшись в помещение, повалила людей с ног. А вместе с ней пришел грохот взрывов, звучавших так часто, что слились в пульсирующий рев.
- Артналет! В укрытие! - Кто-то подхватил оглушенного Бурова под руки и куда-то потащил. - Помогите генералу! Он ранен!
Поддерживая генерала под локти, его повели вниз по крутой лестнице, в подвал, из которого пахнуло плесенью, затхлым воздухом. В свете маломощных лампочек, покачивавшихся под низким потолком при каждом новом взрыве, лица людей казались странными масками, восковыми слепками, которых без исключения коснулась печать ужаса.
- Я цел, - прорычал командующий. - Что вы меня тащите, как мешок? Какова обстановка?
- Очень плотный огонь артиллерии! Носа не высунуть!
- Это артподготовка перед атакой. Ждите гостей!
Люди замешкались, и генерал рыкнул так, что эхо испуганно заметалось в тесноте:
- К оружию! Всем быть в своих секторах обороны!
Буров торопливо натянул разгрузочный жилет, из подсумков которого торчали черные магазины, и повесил на плечо АК-74, рывком взведя затвор и дослав патрон в патронник.
- Встретим ублюдков, - фыркнул генерал, обведя растерявших офицеров насмешливым взглядом. - К бою!
В тот момент, когда группа офицеров выбралась из импровизированного бомбоубежища, грохот канонады сменился гулом турбин летящих на бреющем вертолетов. В отсвете пожаров Сергей Буров различил поджарый, сплющенный с боков силуэт "Кобры", выпустившей длинную очередь из носовой турели по крыше ближайшего здания. А затем вдогон стремительно промчавшемуся над заводской территорией вертолету взвился поток трассеров, и винтокрылая машина вспыхнула, превратившись в пламенный шар и опав на землю огненным градом обломков, среди которых невозможно было отыскать то, что осталось от ее экипажа.
Когда за окном прозвучал первый взрыв, Олег Бурцев выронил из рук консервную банку с наполовину съеденной кашей, растянувшись на пыльном полу. Кто-то рядом выругался, когда погруженное в полумрак помещение озарила вспышка, такая яркая, что все стало видно, точно в ясный полдень.
- Какого черта?! Артналет, что ли?!
Партизаны, забывшиеся в неспокойном сне, вскакивали с продавленных раскладушек или просто с расстеленных на полу бушлатов, ошарашено вращая головами. Остатки отряда полковника Басова, теряя бойцов, все же прорвались в промзону, получив недолгую передышку, и люди, едва очутившись в относительной безопасности, замертво падали от усталости, засыпая, кто куда успел добраться. На то, чтобы придти в себя, им потребовалось несколько секунд, и тотчас кто-то, ворвавшись в бывший цех, превращенный во временную казарму, гаркнул:
- Тревога! Воздух!
Командир, уже с оружием в руках, застегивая "разгрузку", сосредоточенный, бодрый, будто и не было сумасшедшего марш-броска по городу под шквалом снарядов, приказал:
- Противник хочет высадить вертолетный десант! Трое на крышу! Прикрывать зенитчиков!
Олег не мешкал. Подхватив прислоненный к стене на расстоянии вытянутой руки пулемет, который он даже кое-как успел почистить от нагара, партизан рысцой бросился к крутой металлической лестнице, ведущей на плоскую крышу строения, где уже занимали позиции расчеты ПЗРК. Кто-то бросился следом, бряцая оружием и матерясь в полумраке.
Из распахнутого люка бил поток морозного воздуха, полного бензиновой гари и запаха сгоревшего пороха. Когда Олег оказался наверху, над головой оглушительно взвыли турбины вертолета. Американский АН-1 "Кобра" возник из тьмы, и его трехствольная пушка ожила, выпустив языки пламени. Бурцев только успел нырнуть за вентиляционный короб, сжимаясь там в комок, когда град двадцатимиллиметровых снарядов стальной метлой прошелся по крыше, сметая все и всех. Рядом с укрытием бывшего десантника упал один из зенитчиков, вернее, то немногое, что от него осталось - снарядом оторвало ноги несчастного по самое основание.
Вертолет, продолжая грохотать турбинами и плеваться короткими очередями, промчался над цехом. Заметив какое-то движение, Бурцев обернулся. Вскидывая пулемет, но увидел лишь одного из партизан, упрямо ползущего, подтягиваясь на руке - вторую оторвало по локоть.
- Пулемет... - выдохнул умирающий, но остающийся в сознании боец, вместе со словами выплевывая кровавые сгустки. - Северная сторона... Не успели!
- А, суки, держитесь!
