Протиснувшись в узкий проход между штабелями ящиков с помидорами, картошкой и чем-то еще, партизаны проникли в ту часть склада, где хранились совсем иные ценности. Стена, от пола до потолка, выкрашенных в зеленый цвет ящиков с непонятной для непосвященного маркировкой, но Басову и его спутникам говорившей о многом.
— Гранатометы есть? — поинтересовался полковник. — РПГ-26 — штука очень хорошая, удобная, мощная, компактная! И «Шмелей» бы еще хоть сколько-то!
— Огнеметов нет точно. Такой товар сейчас уже не достать! «Агленей» тоже больше нет, но Центр как раз недавно кое-что интересное подбросил, думаю, вам сгодится!
Конюхов подошел к одному из ящиков, безошибочно отыскав его среди прочих, и извлек на свет божий окрашенный в защитный цвет цилиндр длиной примерно метр, с плоскими шайбами на обоих торцах. С одного боку на цилиндрическом контейнере горбилась несъемная рукоятка для переноса, с другого выпирал непонятный прилив, а кроме того к нему была прилеплена на простеньком кронштейне труба оптического прицела.
— Держи! — Майор неожиданно бросил тубус полковнику и Басов в последний миг сумел его поймать.
Полковник повертел в руках оказавшийся довольно легким цилиндр, увидев на боку маркировку сразу на двух языках — английском, который Басов как-то еще помнил, и китайском. Прежде, чем командир партизан задал свой вопрос, Конюхов, предвосхищая его, произнес:
— Ручной противотанковый гранатомет «NORINCO» PF-89 одноразового применения. Прицельная дальность двести метров, при попадании под прямым углом кумулятивная граната пробивает до шестисот тридцати миллиметров монолитной стальной брони.
Виктор достал из ящика в точности такой же гранатомет, дернул тот самый прилив напротив ручки для переноса, и «прилив» превратился в пистолетную рукоятку, оказывается, скрывавшую собой спусковой крючок.
— Есть оптический прицел, правда, слабенький, но для неопытного стрелка это лучше, чем пытаться совместить в разгар боя мушку и прорезь целика.
Алексей Басов подкинул тубус гранатомета, оценивая его вес. Ставший уже более привычным РПГ-26 «Аглень» весил чуть меньше трех килограммов, это «чудо китайской оборонки» — ближе к четырем, хотя разница и не казалась фатальной. Гораздо больше полковнику не понравилось другое:
— И какого хрена нам подсовывают китаезную фигню, майор? Что, «родных» гранатометов уже не осталось?
— А ты думаешь, полковник, нас так и пустят сейчас в первый попавшийся арсенал, да еще и загрузиться помогут?! Американцы взяли под охрану практически все гарнизонные склады, где есть что-то серьезнее автоматных патронов, или поручили это своим прихвостням-«полицаям» из наших местных иуд. Конечно, «отечественное» значит «лучшее», только его доставать все сложнее с каждым днем, и если бы не помощь Центра, ты и твои бойцы, да и все остальные, бегали бы уже по этим лесам с луками и стрелами!
— Лучше сунуть нам дерьмо, которое стреляет через раз, да и то мимо цели? — недовольно буркнул Басов.
— Почему полковник считает, что синонимом слова «китайское» в русском языке является «дерьмо»?
Услышав эти, произнесенные с явным, хотя и почти незаметным акцентом, слова, Басов от неожиданности вздрогнул, подскочив на месте. Обернувшись, он увидел выбравшегося из-за штабелей ящиков человека, щуплого, невысокого, скуластого, с раскосыми азиатскими глазами.
— А это еще кто? — партизан уставился на Конюхова, в то время как китаец спокойно продолжал:
— Между прочим, гранатомет PF-89 состоит на вооружении Народно-освободительной Армии Китая. Насколько я понимаю, русская армия всегда получала от своей промышленности самое лучшее, самое надежное, эффективное и передовое. Так почему же вы решили, полковник, что китайским солдатам вручают некачественное, плохое оружие, заведомо зная, что с этим оружием в руках им однажды придется защищать свою родину?
— Да кто ты такой? — набычился Басов.
— Мне известно, что ваша группа получила приборы спутниковой навигации «Бэйдоу-1». Скажите, их вы тоже считаете дерьмом? Или зенитно-ракетные комплексы, первую партию которых вы уже успели применить? Мы даем вам лучшее, что имеем, все, что вам нужно!
— Виктор, что это за хрен? — Полковник обернулся к Конюхову, но ответил партизану вовсе не майор.
— Это майор Жэнь Цзимэн, Народно-освободительная армия Китая.
Произнес это вышедший из-за ящиков мужчина, высокий, гибкий, с благородной сединой на висках. Упругая походка, короткая стрижка, пристальный взгляд могли многое сказать сведущему человеку.
— Вы не цените оказываемую вам помощь, полковник, это плохо, — сухо вымолвил седой, укоризненно покачав головой. — А ведь все, что есть, мы даем вам без проблем.
— Товарищ генерал, командир партизанского отряда Имени бессмертного подвига Шестой роты прибыл!
— Вольно, полковник!
