– Мы продаем им свое достояние, то, что принадлежит не мне и не вам, а всему нашем народу, каждому, кто живет на русской земле, – жестко возразил Швецов, которого осторожность премьера начала раздражать. – А те доллары и евро, что дадут нам взамен европейцы, не помогут ни обогреть дома этих людей, ни накормить их. Технологии, которые мы хотим получить, останутся и у их нынешних обладателей, газ же, который мы перекачаем в Европу, конечен. Они ничего не лишатся, предав нам некоторые лицензии, тем более, я действительно не хочу создавать конкуренцию европейским производителям, благо и на внутреннем рынке страны существует дефицит очень и очень многого. Нет, нужно стоять на своем, и тогда европейцы быстро пойдут на попятную. Они знают, чем им грозит прекращение поставок газа, особенно сейчас, когда арабы, не довольствуясь одними американцами, могут ввести эмбарго и против их союзников.
– Это самый настоящий шантаж, – заметил Самойлов. – И мы будем выглядеть перед лицом мирового сообщества не лучшим образом.
– Нас и так не считают равными партнерами, разве вы еще не поняли, Аркадий Петрович? – удивленно усмехнулся президент. – Нашему имиджу ситуация с поставками газа не угрожает, просто иностранцы убедятся в том, что мы именно такие, какими нас представляют. И мне плевать на общественное мнение. Если уж приходится чего-то лишать своих сограждан, то нужно компенсировать им это. Короче, Вадим, – обратился Швецов к слушавшему перепалку президента и премьер-министра Захарову, – действуй, как решили в Москве. Они отступят, я уверен, никуда не денутся. Я знаю, каким жестким ты можешь быть, если нужно, – Алексей ухмыльнулся, вспомнив что-то из прошлого, – так уж постарайся сейчас.
Расставшись с президентом США, Алексей не сразу покинул Турцию. Воспользовавшись случаем, он встретился затем с премьер-министром и президентом этой страны, обсудив некоторые малозначительные вопросы. Фактически, это была уже часть церемониала, отнявшая, однако немало времени. И потому, когда самолет Швецова еще только пролетал над пронзающими облака пиками Кавказских гор, Джозеф Мердок в Версале уже встречался с президентом Франции и председателем Евросовета. И одной из важнейших тем этой встречи стала ситуация с русским газом, в которой европейцы надеялись на поддержку своего могущественного союзника.
– Не думаю, Жак, что необходимо разговаривать с русскими в таком тоне, – Мердок, грея в руке фужер красного вина, говорил нарочито неторопливо, расслабленно. Встреча с французским лидером происходила в неформальной обстановке, без прессы и вообще без посторонних, кроме переводчика. – Я уверен, с их правительством можно договориться, можно найти компромисс. Со Швецовым я встречался менее суток назад, и он произвел на меня впечатление здравомыслящего человека, с которым можно иметь дело.
– Но Захаров, глава "Росэнегрии", действует как раз по приказу того же Швецова, – вместо президента Франции Жака Сарти ответил глава Евросовета. Алехандро Лопес, несмотря на способствующую расслаблению обстановку, был нервным, двигался резко, словно торопился куда-то, и в разговоре едва не срывался на крик. – Эта фирма, государственная корпорация, стала монополистом на рынке газа, в ее руках, в руках Захарова – не только добывающие мощности, но и все трубопроводы. И это человек Швецова, его помощник, правая рука.
Правый глаз Лопеса при этих словах начал заметно подергиваться, на что Мердок только неодобрительно покачал головой. За годы работы адвокатом, когда выступать в суде приходилось едва ли не каждый день, американский президент научился скрывать истинные эмоции, став незаурядным актером, и потому отрицательно относился к людям, таким мастерством не обладающим.
– Поймите, русские открыто пригрозили нам прекратить поставки газа через неделю, и они могут это сделать, Джозеф, – французский президент держался спокойнее, но и он не всегда мог скрыть волнение, пока еще не переросшее в панику. – Они шантажируют нас, ничего не стесняясь, поскольку понимают, что в условиях объявленного арабами нефтяного эмбарго в плане топлива мы зависим сейчас от Москвы больше, чем когда-либо. И русские пользуются этим, нагло вымогая у нас технологии, чтобы потом, совместив эти технологии со своими огромными ресурсами, материальными и трудовыми, завалить мировой рынок нашей же продукций, только с надписью "Сделано в России". Их рабочие готовы трудиться за копейки, как делают это уже много лет, и они смогут достичь колоссальных объемов производства, при этом, поддерживая низкую себестоимость, что нам нечего и думать тягаться с ними.
– Но они же уверили вас, что не станут захватывать принадлежащие европейским компаниям рынки? – уточнил Мердок. – Я думаю, им действительно нужно пока насытить свой внутренний рынок качественной продукцией, и едва ли ваши концерны должны беспокоиться насчет конкуренции со стороны русских.
