Ее пальцы почти горели от избытка силы — коснись она сейчас врага, тот умер бы на месте в мучениях.
И это вдруг ее чуть-чуть отрезвило.
— Я вообще-то извиниться хотела, — голос Алии, и впрямь, звучал смущенно, покаянно. — Не слишком гостеприимная из меня хозяйка вышла… А все из-за него, из-за Илана! Так может, наше знакомство сначала начнем? И, раз уж вышло так, то без титулов?.. Меня Алия зовут…
Она представилась тепло и просто, словно отметая этими словами всю прежнюю их нелепую ссору.
— Меня… Илл'а… — девушка помедлила. Жаркие ручейки в ее крови и пальцах постепенно, искра за искрою, гасли. — И… ты права была: я не жрица, — вырвалось у нее нежданно признание. — Всего лишь послушница, сбежавшая от наставников…
— А мой жених меня даже видеть не хочет, — с готовностью ответила на откровенность собеседница.
Лицо ее стало грустным — но и упрямым тоже.
— Болван! — возмутилась Илл'а совершенно искренне. — Ничего! С ним, я думаю, справимся! — ее гнев вдруг ушел, словно вода в песок — бесследно. И обещание сорвалось с губ легко да от души, без тени фальши…
Коварные, азартные усмешки скрепили их, рожденный только что, союз.
****
Дом приветствовал Огнезора знакомым теплом камина, скрипом досок старого пола в кабинете да запахом чернила и книг — всеохватывающим, благодаря лорду Риэ, неистребимым, несмотря на все ухищрения его супруги… Библиотека изрядно разрослась за последний месяц (проверить бы вновь, не утащил ли профессор чего из Гильдии…). Гобелены поменяли — и правильно, те уж ветхие были совсем. Лепнину на потолке покрасили — какой-то страшно дорогой и модной нынче глазурью. Юлия к свадьбе хлопочет — не иначе… Ну и Богини с ней! Сам ведь велел не жалеть золота…
Он и не заметил бы — но потолок всегда приковывал взгляд. Там наверху, как раз над головою — его, Гильдмастера, спальня, уже много лет как защищенная все теми же пятнами воска.
Белый плащ среди прочих вещей в шкафу… Лаин пояс с гильдийными кинжалами в сундуке… Серебряный кружок лицензии в шкатулке…
Год за годом, возвращаясь сюда, Огнезор держался, сколько мог — но не выдерживал. Всегда вытаскивал ЕЕ вещи из схоронов, перебирал часами, потакая своему застарелому сумасшествию.
Теперь не тянуло. Ни капельки.
Зачем, если ОНА и так была близко?
Всего две стены, дверь и лестница…
Он следил за нею так привычно, что даже не замечал этого.
Терраса, кухня, гостиная…
Уже не гневается, помирилась с Алией. И теперь плетет с ней совместный заговор… Он ни на миг не сомневался, что столь неугомонные особы найдут-таки общий язык!
Бедолага Илан!..
Храмовые девы коварны — особенно, если к ним душа воровки прилагается…
Его, впрочем, Снежинка все еще не простила.
Отгородилась. Злится…
Илл'ыну злость Огнезор даже сквозь стены чуял.
Колючая, жгучая… Как и прежде….
"Хватит уже! — одернул он себя, поймав на глупой, почти мечтательной улыбке. — Лучше займись делом!"
Алия ничуть не преувеличила: донесений, отчетов и кляуз набралось за отсутствие лорда Таргела ни много, ни мало — две холщовых сумки. Поработать предстояло изрядно.
Но не успел Огнезор толком за них приняться, как в дверь постучали.
Леди Юлия, испросив позволения, величественно вплыла в кабинет.
Обменялись любезными приветствиями — несколько церемонно, как у них всегда с ней выходило. И на том долг хозяйки формально мог считаться выполненным — но женщина почему-то не спешила уходить. Прошлась вдоль идеально ровных книжных полок, окинула оценивающим взглядом сверкающие чистотой окна, нахмурившись, поправила складку на портьере…
Огнезор молча наблюдал за ее плавными, аккуратными движениями.
— Вина? — предложил все же, когда она опустилась в соседнее кресло.
Лицо ее стало задумчивым и каким-то… изучающим, что ли?
— Риэ с Алией почему-то уверены, что я до сих пор не знаю, КТО ты, Таргел.
Что ж, такое начало разговора, несомненно, весьма вдохновляло…
— Они просто берегут тебя от лишних потрясений, — хмыкнул Огнезор, внимательно оглядев собеседницу. — Хотя… по-моему ты никогда не отличалась слабыми нервами… И давно ли наша Юлия прозрела?
— Не так и давно… Года два назад, — женщина на его сарказм лишь поморщилась. — Хотелось бы мне соврать, что своим умом дошла, но…
— Дорогой родитель просветил? — вопрос, конечно, был риторическим. Ну кто еще, если не лорд Амареш, возжаждавший вдруг годы спустя перетянуть беглую дочь на свою сторону?
— Все-то ты знаешь… — Юлия грустно усмехнулась. — Поистерила я, конечно… Недолго… Это старой деве простительно обмороки да нервические хвори лелеять, замужней же даме… неприлично. Да и времени нет: муж, дом, дочка на выданье. Отцу я, кстати, так и не ответила.
— Очень разумно, — одобрил Гильдмастер.
— Думаешь?..
— Ну, против мужа и дочери ты не пошла бы, это ясно. Всем, впрочем, ясно, кроме твоего папочки… А откажи ты лорду Амарешу сразу — ни за что не отозвал бы отречения…
— Что ж, приятно сознавать, что в кои-то веки не поступила, как дура…
— Ты никогда не была дурой, — возразил Огнезор. — Избалованной, упрямой девчонкой — но не дурой точно.
— Вот, значит, какого ты обо мне мнения? Очень лестно! — Юлия даже улыбнулась.
