– Терпеть не может! Они подражают каким-то зачумлённым, о каких сейчас по телику и в газетах трендят, как об эталоне мужчины. То спившегося артиста какого-нибудь покажут, который по женской части шибко балует, то певца-наркомана, от которого уже пятая сожительница сбежала, то скандального писателя, который хвалится, что не только с девочками может «этим делом» заниматься, но и с мальчиками. И «мальчиков» ещё этих покажут, но лучше бы не показывали таких дедов размалёванных. Кто с мальчиками, кто со слониками, кто вообще с торшером. Кто по старинке – с бабами. Главное, чтобы много их было. Зачем – никто не знает. Надо! Круто же. А наши дураки деревенские подражают из последних сил, превозмогая неприязнь к бабью. Никогда не слышала от них, чтобы они хвалились хорошими отношениями: «Ребята, я такую замечательную женщину встретил, всё у нас хорошо, живём душа в душу, любим друг друга». У них язык не повернётся назвать женщину женщиной, да ещё замечательной. Только негатив какой-то лезет: «Домой пьяным ввалился, нассал в прихожей, а эта сука тупая и не знает, что делать. Она, видишь ли, о семейном счастье мечтала, так получи! Я потом ещё и на диван наблевал, чтоб знала своё место, курва». Как о победе над своим главным врагом расписывают! В запой или загул уходят, ничего не объясняя, мол, сама должна догадаться, что не так. Но сами не знают, что им не так. Просто такая привычка: вести себя враждебно с домашними, со своими. У нас тут многие равняются на Воротилова – у того, как у Аллы Пугачёвой, в паспорте уже живого места нет от штампов ЗАГСа. Хоть чем-то на известного человека похож, считай, не зря жизнь прожил.
– Я слышала, что любвеобильный мужчина.
– Он пил раньше крепко. Видимо, повлияло. Они же тут такие дела проворачивали, а Воротилов трусив, нервишки слабые, вот и заливал страх. Теперь баб меняет, как трусы. Увидит, в койку уложит, чего-нибудь подарит, а потом пить начинает и драться, типа она его доводит. А просто новые трусы на горизонте замаячили, менять пора. Уж не знаю, что под словом «любвеобильный» понимать, но женщина – само слово для них как ругательство. Они сами не понимают, что от них просто за версту разит ненавистью к бабам, ко всему женскому. На бабу смотрят как охотник на трофей: убитую дичь за ноги поднял, всем показал и отшвырнул в общую кучу падали. Ничем так не гордятся, как способностью обмануть, оставить в дурах, хоть как-то нагадить большему количеству женщин. При этом лезут с ними в отношения, одни создадут, другие, пятые, десятые – как подневольные какие. Воротилов до того догулял «налево», что одно время даже психолога посещал. У нас тут мэр женился на продвинутой девахе, она ему сказала, что все реальные чуваки должны ходить к психологам. А у нас в городе по части проблем с психикой отродясь только нарколог был. И вот мэр – чего ради любимой не сделаешь – пригласил откуда-то всамделишного психолога, женщину. Говорят, что Воротилов только по этой причине туда и зачастил – у него психологинь ещё никогда не было.
– А где же она приём вела?
