— То есть двести тысяч чистоганом на каждый вложенный миллион в месяц… — китаянка не сводит взгляда с вьетнамки. — С одной стороны, с учётом криминального характера бизнеса, высокие риски вполне очевидны. Но с другой — и выхлоп более чем соответствующий. На банковских депозитах таких процентов не заработаешь.
— А кто сказал, что это вообще криминал? — неожиданно резко вскидывается вьетнамка, спрыгивая с подоконника и подходя ближе.
В её глазах вспыхивает возмущение.
— У тебя есть другой термин? — парирует Бай Лу.
— Криминалом обычно называют то, что напрямую причиняет кому-то вред. Например, грабёж, вымогательство или там бандитизм всякий с применением насилия. А тут, если начистоту, единственные пострадавшие — налоговые ведомства двух стран. Простым людям мы точно плохо не делаем, скорее даже наоборот. Вся наша продукция — высочайшего качества по вполне себе приемлемым ценам.
— То есть о государстве своём ты не думаешь? — модель саркастически выгибает бровь.
— Я не знаю, как оно у вас, великих китайских патриотов. Но во Вьетнаме государству и без таких как мы прекрасно хватает мест, откуда взять деньги. На мелочь вроде нашего бизнеса сейчас просто не обращают внимания, — вьетнамка упирает руки в бока.
— И всё же? — китаянка напирает.
— Государство — это ни разу не человек, если ты вдруг не в курсе. Простым же людям мы наоборот регулярно отстёгиваем часть прибыли — на благотворительность. Что касается государства… — вьетнамка осекается. — Предлагаю в этом месте остановиться: если продолжим — будем ссориться о политике, а собрались совсем по-другому поводу. Если конкретный бизнес тебе неинтересен, давай не будем тратить твоего драгоценного времени.
Бай Лу на этапе тезисов о государствах напряглась. В комнате виснет напряжённая, звенящая тишина. Кажется, ещё чуть-чуть — и действительно вспыхнет нешуточная ссора, причём по пустяковому поводу.
— Я лишь озвучила сугубо личное мнение, как гражданка своей страны, — До Тхи Чанг пытается разрядить обстановку. — И никому его, разумеется, не навязываю.
— Ладно, проехали. Действительнон е будем углубляться в бессмысленные политические споры, — усталая модель небрежно отмахивается. — Хотя во многом я с тобой категорически не согласна!
Вьетнамка сжимает губы:
— У тебя серьёзные проблемы с элементарной математикой!
— Объясни, что не так? — равнодушно интересуется китаянка.
— Двадцать процентов, твои слова?
— Да. И?
— Я следила за твоим лицом, ты «забыла» уточнить — это не в месяц, а с одной партии.
Чашка в руке Бай Лу застывает в трети метра от рта.
— Если ты не имеешь опыта и клиентской базы, оборачиваешь всего одну партию в месяц — тогда да, двадцать процентов в месяц. А теперь представь отлаженную бесперебойная цепочку поставок, неснижаемые остатки на таможенных складах, пограничных терминалах, СФРХ. — До Тхи Чанг хмуро смотрит на собеседницу.
— Допустим.
— Если ты умеешь оборачивать партию за неделю, сумма профита значительно меняется.
Мысленно прикидываю озвученные цифры и впечатляюсь открывшимися масштабами. Тут же возникает закономерный вопрос в адрес своей соседки по комнате:
— Погоди, До Тхи Чанг, а куда вы тратили такие суммы⁈
— Ну-у, во-первых, это всё-таки грязными, — вздыхает та. — Для начала, вычитаем из кассы затраты — то же оформление документов, всякие там взятки-поддержалки. Плюс до половины уходит местным — на благотворительность в провинции, откуда родом наши ветеринары и пограничники.
— Допустим, — киваю я. — А остальное куда девали?
— С какой целью интересуешься?
Мне просто любопытно, откровенно говорю об этом вслух.
— Не задумалась специально, денег много не бывает… Наверное, жили на широкую ногу, ни в чём себе не отказывали, — вьетнамка оживляется. — Ты вообще знаешь, сколько сейчас квартиры во Вьетнаме стоят? Стандартные апартаменты в закрытых жилых комплексах на юго-восточном побережье?
— Нет, конечно. И сколько же?
— Двести-триста тысяч долларов.
— Две-три тысячи за один квадратный метр⁈ — врезается китаянка.
— Да, причём это не предел. Иногда даже под полмиллиона встречаются, если совсем люксовые решения и верхние этажи.
— Да ладно? Почти как в Лос-Анджелесе⁈
До Тхи Чанг отвечает раздражённым взглядом и демонстративным закатыванием глаз:
— Если не веришь, залезь в интернет, смартфон под рукой. Забей в поиске сайты наших агентств недвижимости, включи онлайн-переводчик. Бери сразу побережье.
— Хм…
— Увидишь сама, цены на приличное жильё в том месте действительно начинаются где-то от двух тысяч за квадрат. Сотка элитки — это уже четверть ляма. А в новомодных умных домах вообще по три с половиной за метр квадратный просят, ценовой стандарт текущего дня.
— Почти как Гонконг… Да, у вас ситуация на рынке недвижимости совершенно иная. Видимо.
— В смысле⁈
— Ценообразование, мягко говоря, удивляет: в Китае тоже полно шикарных морских курортов, но цены на порядок ниже.
