— Не спорю, возможно, среди них попадаются честные ребята, но репутация подразделения уже подмочена. Берут, и точка. Плевать они хотели на офицерскую честь и принципы, — качает головой кадет. — К примеру, проводят обыск, находят пару сотен штук баксов. И что, по-твоему, хоть один удержится, чтоб не слямзить купюру-другую? Ага, держи карман шире!
В салоне автомобиля повисает напряжённая тишина. Хоу Ган, нахмурившись, напряжённо размышляет над словами товарища. Отступать от плана никак не хочется.
— Конечно, в целом они занимаются важным и нужным делом, — дополняет кадет. — Не будь их, у нас бы тут было Рио-де-Жанейро: торчки с пистолетами и ножами средь бела дня бы по улицам разгуливали. Низкий им поклон, все дела. Но это ж не отменяет того факта, что руки у них по локоть в грязи — что в переносном, что в буквальном смысле.
— Спасибо что объяснил, — чешет затылок Хоу. — Многое прояснилось.
— Даже если найду того, кто с ними поддерживает контакт, то это уже будет посредник, — объяснил Фань Юн. — А привлекать лишних людей в такие щекотливые делишки, сам понимаешь, не комильфо.
— Ладно, тогда пока будем думать. Спешить, как говорится, уже некуда.
Кадет бросает на товарища испытующий взгляд и осторожно интересуется:
— Слушай, я вот не пойму. Если сама Ван Япин попросила тебя всё отменить, почему ты продолжаешь исполнять распоряжение? Зачем оно тебе надо?
— Бесит он меня, понимаешь? Хочу потому что могу! Раз зарядил — стреляй, — раздражённо отвечает Хоу Ган. — Раньше наши дороги почти не пересекались, я его в упор не замечал. А сейчас этот деревенский хмырь втёрся в доверие к моему будущему тестю. Он меня так раздражает, что морду его видеть его не могу! Но ведь с такими успехами придётся!
— Ладно, твоя жизнь — твои правила. Моё дело предупредить, что это неконструктивно. Лучше б силы и ресурсы в более полезное русло направил.
— Фань Юн, не учи меня жить, — Хоу бросает на друга колючий взгляд. — Я же тебе нотации не читаю. Лучше скажи прямо: возьмёшься помочь или нет?
— Да не вопрос, — пожимает плечами Фань Юн. — Раз обещал, значит в силе. Только пойми: ты поставил задачу, а я пока без малейшего представления, как подступиться к её реализации. Не все вопросы, даже в нашей системе, решаются по щелчку. Многие требуют серьёзной подготовки, долгих размышлений, креатива, планирования. Иной раз годами жилы рвёшь, ищешь варианты, а потом всё обламывается — и начинай сначала. В общем, не все распоряжения бросаются выполнять сломя голову. Некоторые задачи выполняются за секунду, но перед ними пять лет планирования и поисков вариантов. Твоя задача как раз их таких.
— И как? Думаешь, Ван Мин Тао сможет договориться с дочерью и её парнем? — спрашивает До Тхи Чанг, поднимаясь рядом со мной на второй этаж общежития.
— Господин Ван — человек слова. Я уверен, что он попробует, — говорю в ответ, не сомневаясь в словах. — К тому же, находясь в такой непростой ситуации, у него просто нет другого выбора, кроме как сделать всё возможное для безопасности нашего совместного бизнеса.
Как только мы поднимаемся на второй этаж и сворачиваем в левое крыло, нос к носу сталкиваемся с Чэнь Айлинь
— О, Лян Вэй, вот ты где! — приветливо улыбается она. — А я уже собиралась тебе звонить.
— Что-то случилось? — вглядываюсь в её лицо в поисках намёков на проблемы.
— Да нет, ничего серьёзного, — поспешно заверяет Чэнь. — Просто у меня возник один вопрос, даже несколько. Ты не против, если мы обсудим всё в твоей комнате?
— Без проблем, — достав из кармана ключ-карту, приглашающе распахиваю дверь.
Сначала пропускаю обеих девушек вперёд, после чего захожу сам. Вьетнамка усаживается на стул, закидывает ногу на ногу и вопросительно смотрит на китаянку, явно недоумевая, зачем та напросилась к нам.
— Лян Вэй, ты случайно не знаешь, как дела у Ли Миньюэ? — переходит к делу админ. — Она уже третий день не выходит на связь. Раньше мы изредка созванивались, пусть она и была скупа на общение, но я хотя бы могла узнать, что у неё всё в порядке. А теперь — тишина. Я очень переживаю за неё. Тебе что-то известно?
Голос Чэнь звучит глухо и обеспокоенно. Она ожидающе заглядывает мне в глаза.
— Полагаю, она отлично понимает, что по телефону не стоит обсуждать ничего важного и конфиденциального. Понимаешь почему. В целом, Ли Миньюэ сейчас всецело поглощена поисками пропавшего дяди, поэтому все остальные дела и контакты отошли для неё на второй план. Это временно, просто позволь ей сначала во всём разобраться.
— Да, я понимаю, но неужели трудно хотя бы пару слов отправить в ответ? Лян Вэй, когда вы последний раз с ней разговаривали? — упорствует соседка, жаждущая конкретики.
— Пару дней назад, — припоминаю недавнюю беседу. — Мы договорились, что в субботу я прилечу в Сеул — ей требуется содействие в решении некоторых вопросов.
— Хм, понятно, — Чэнь Айлинь задумчиво потирает подбородок. — И ничего странного или тревожного в её словах и поведении ты не заметил?
