— Если всё пройдёт нормально, и все останутся в конструктивном русле, за обменом виртуальными верительными грамотами последует постановка совместных задач. Что конкретно нам нужно — в какие сроки и какими инструментами свою часть будут делать они. В конце концов, чтобы оказать вам хоть какое-то содействие, корейцы должны будут как минимум подготовить официальные бумаги и разрешения. Скажем, если по ходу вам понадобится выезжать на место в компании местных полицейских для поисков пропавшего соотечественника, сами понимаете — одной вашей улыбки явно не хватит.
— Это всё, чего вы хотите?
— Да. Как только мы определимся с этими ключевыми моментами, моя миссия окончена. Я просто молча встану и прикрою Ли Миньюэ рот шарфом, если она подумает встрять в разговор. Но она не подумает.
— Хотелось бы верить.
— Если шарфа окажется недостаточно, я закину её на плечо и вынесу из кабинета. А вы там дальше делайте со своим блогером что угодно — нам это будет совершенно всё равно.
— Он не блогер, а мой ситуативный коллега — заместитель начальника департамента специальных расследований Верховной прокуратуры Сеула, — тон секретарши холоднеет. — Я вас послушала, а теперь вопрос ребром. Вы понимаете, в чьём вы кабинете и где вообще находитесь?
— Если вы сейчас решите поиграть в начальника и в синдром младшей разбалованной дочери, скажу сразу — это будет крайне неконструктивно и последствия окажутся соответствующими, — качает головой парень. — Простите, что поднимаю личные темы в присутствии Ли Миньюэ. Вы сейчас явно намереваетесь поехать на красный свет. Остановитесь, пока не поздно, — прикрывает глаза Лян Вэй.
— Ну, во-первых, я не младшая, а единственная дочь, — поправляет Дэн Инчао, не отводя опуская взгляда.
— Моё почтение, — хмыкает собеседник. — Насчёт «во-вторых», пожалуйста, давайте не будем продолжать. Человек, которому нечего терять и которого загнали в угол, пойдёт до конца — это азбука, вы её тоже знаете. Я ведь и впрямь могу не поленится, наплевать на гордость и пойти просить туда, куда не собирался.
Под пристальным взглядом чиновницы Лян Вэй достаёт телефон, листает контакты. Его палец останавливается на Хуан Цяньру, старшем лейтенанте паспортного стола:
— Список контактов госслужбы ранжирован, но регистр вашей внутренней безопасности доступен любому полицейскому офицеру — по вполне понятным причинам. Это как один из множества путей.
— Вы явно переоцениваете свои возможности и чрезмерно полагаетесь на эфемерные связи, — цедит Дэн Инчао.
— Я могу быть очень изобретательным, — Лян Вэй прищуривается. — Слава богу, сейчас такие времена, что круговая порука резко отключается, по крайней мере, на нашем с вами уровне — если накатать жалобы, куда надо. При этом
— Не стоит сбрасывать со счетов презумпцию невиновности, — парирует секретарь. — Культурная революция давно закончилась.
— Проверяете на упитанность? Ловите. Есть места, где презумпция невиновности не работает. Вполне себе официальные организации, где малейшие сомнения в лояльности сотрудника или, не дай бог, подозрения в его заангажированности другой стороной заканчиваются скоропостижно — просто потому, что лучше потерять одного человека незаслуженно, чем поставить под угрозу… — Лян Вэй привстаёт, перегибается через стол и шепчет хозяйке кабинета в ухо.
Дэн Инчао с огромным трудом удерживается от демонстрации эмоций:
— Не вам рассуждать о моих возможностях, соответствиях должности и пределах компетенции.
— Ладно, давайте начистоту. Когда говорят двое таких, как мы, человек в вашем кресле по определению беззащитнее. В отличие от меня — потому что ваша ведомственная принадлежность: если бы вы были офицером криминальной полиции, у вас и то было бы неизмеримо больше способов мне насолить. Подбросить криминал, сфабриковать интересную ситуацию, притянуть в готовое дело, опираясь на «свидетелей»… Но вы белый пиджачок. Компьютер и, как говорится, интеллект. Максимум, вы теоретически можете сдвинуть меня с бюджета на контракт. Но у меня нет финансовых проблем, так что это я перекашляю. А теперь давайте сравним возможные последствия конфликта для каждого из нас, — Лян Вэй выдерживает паузу, прикладывая правую руку к левой половине груди. — Поэтому я очень прошу, давайте не будем бодаться? Как только будут поставлены задачи в корейской конторе — всё, я ухожу. По итогом отблагодарю по-взрослому, — примирительным тоном напоминает он.
Ли Миньюэ нервно переводит взгляд со своего решительно настроенного спутника на застывшую в напряжённом молчании третьего секретаря и обратно. Ей отчаянно хочется хоть как-то разрядить атмосферу. Её сдерживает только выставленная вперёд ладонь Лян Вэя, просящая сохранять молчание.
