«Постель мягкая, костюм сильно помнется. Ну и пусть, утром выглажу, — решила Катя, — завтра в нем на работу пойду. Другого костюма у меня все равно нет».
Она взглянула на свои дрожащие от душевных терзаний и бесплодного ожидания пальцы.
«Зря только с бабой Любой договаривалась, чтобы Сонечка у нее осталась на ночь. Пойду, схожу за дочкой, и спать с ней будем ложиться», — подумала Катя, но с места так и не тронулась.
По лицу заструились горькие слезы: «Максим не позвонил ни разу. И на мои звонки не отвечает, постоянно вне зоны действия сети. Я весь вечер с ума схожу. Господи, — взмолилась Катя, — пусть Максим разлюбил , пусть проехал мимо, забыл про меня, устал… Все, что угодно, только не авария, только приехал бы домой живой и невредимый!»
Она уткнулась в подушку. Вдруг в тишину дома ворвался с улицы короткий, резкий, до боли знакомый, сигнал клаксона внедорожника Максима. Катя резко села на кровати. Тишина.
«У меня глюки, начинаю сходить с ума», — всхлипнула Катя.
Но снова уткнуться в подушку она не успела. Резкий звук знакомого клаксона, только на этот раз более протяжный, повторился.
Щеки от охватившего их жара мгновенно высохли.
Через минуту Катя летела к заветной цели. Она не замечала ни боли от бьющей по ногам сумки, ни свисавшей с руки и волочащейся по жухлой пыльной траве куртки, не ощущала леденящего холода, просачивающегося от земли через тонкие подошвы уже изрядно поизносившихся туфель-балеток.
Максим бесшумно шагнул ей навстречу. Катя, не помня себя от счастья, прижалась щекой к его груди. От него пахло дорогой — пылью, бензином и немного потом.
Максим подхватил ее на руки и уткнулся в ухо.
— Прости, не рассчитал время, поздно приехал, — шептал он жаркими губами. — Как же я соскучился по тебе!
Максим опустил ее на землю.
— Чуть не забыл! — он метнулся к задней дверке своего внедорожника и достал с сиденья огромный тяжелый букет алых роз в хрусткой подарочной упаковке.
Катя растроганно охнула и уткнулась в нежные тугие бутоны.
— Как их много! У меня руки не держат такую тяжесть, пусть букет полежит пока на сиденье.
Максим осторожно положил цветы обратно:
— Я умираю по тебе!
Он целовал ее глаза, щеки, волосы.
Катя, тесно прижавшись к нему, ощущала тяжелые удары его сердца, усилившийся натиск его горячих рук, его прерывистое взволнованное дыхание.
Она подставила ему раскрывшиеся под поцелуи пухлые губы и чуть слышно прошептала:
— Максим, только не здесь! Поехали к тебе.
Утомленные, они лежали на широкой кровати в его комнате. Обнаженная Катя перевернулась на живот, а не собиравшийся успокаиваться Максим пристроился рядом и развлекался тем, что щекотал на спине каждый ее позвонок поцелуями, оставляя вдоль позвоночника влажную цепочку их следов, продвигаясь все ниже и ниже.
— Прекрати, — лягнула Катя Максима. И вдруг, неожиданно спросила: — А ты в школе хорошо учился?
Он насмешливо взглянул на нее.
— С отличием закончил! И сразу в Москву ломанулся, в Тимирязевскую академию, на агроинженерный. Приняли без вопросов. У меня, знаешь, какой средний балл по ЕГЭ был — ого-го!
Катя повернулась и положила голову Максиму на грудь.
— А почему в Москву? — продолжила она расспросы.
— Людей посмотреть и себя показать. Столица все-таки.
— И Тимирязевку, наверное, с отличием окончил? — Катя завистливо вздохнула.
— Нет, — пожал плечами Максим, — с учебой не напрягался. Я и так механик от бога, это у меня врожденное. Диплом есть и ладно! А почему ты вдруг спрашиваешь?
— Интересно потому что. Мне все про тебя интересно!
Катя тихо вздохнула и с сожалением добавила:
— А я только колледж сумела окончить.
— Ты мне и с колледжем очень даже нравишься, — Максим вновь жарко задышал ей в шею.
Катя отстранилась и, приподнявшись на локте, обвела взглядом комнату.
В тусклом свете настенного светильника она разглядела разбросанную по ковру одежду свою и Максима.
«Как две муравьиные кочки, — усмехнулась она, обозревая свои скомканные юбку и пиджак, — а ведь как тщательно утром отгладила!» Рядом стыдливо съежились колготки. Возле входа в комнату по-хозяйски привольно раскинулись джинсы Максима.
— Дай мне что-нибудь одеть на себя, — попросила у него Катя. — Я приберу с ковра вещи. Еще мне нужно полотенце, я схожу в ванную. Ты меня всю обслюнявил! — Она захихикала.
Он протянул ей полотенце и черный в желтую полоску мужской халат.
— Только ненадолго, — попросил Максим, — у меня для тебя есть сюрприз.
— Нет, — испугалась Катя, — хватит на сегодня сюрпризов!
— А я говорю, что тебе понравится!
Катя вышла из ванной распаренная, с полотенцем на голове. Из комнаты Максима лился яркий свет люстры.
«Сюрприз для меня приготовил», — догадалась Катя и вошла в комнату.
На ручке антресолей платяного шкафа, на плечиках, висело черное платье-футляр. Максим взволнованно стоял рядом с ним.
— Это тебе в подарок от меня! В областном центре в бутике купил! Девчонки-консультанты про тебя расспросили, ну и кое-что подобрали!
Катя заворожено подошла к платью, осторожно дотронулась. «Какая странная ткань, — удивилась она, — с виду плотная, а на ощупь очень мягкая и уютная!»
