— Проснулся соня? — тётя зашла в мою комнату, будто подглядывала в ожидании, когда я проснусь. — Пойдём завтракать, а то ехать скоро. В одиннадцать мне в МФЦ надо быть, а то без справки останусь.
— Успеем. Тут ехать-то двадцать минут до вашего райцентра, — успокоил её я. — Давайте завтрак.
На завтрак были вареные сардельки, восхитительные оладьи с клубничным вареньем и крепкий кофе, как я люблю.
— Забыла спросить, ты шухарей вчера не обидел? — строго спросила тётя, глядя как я с аппетитом уплетаю завтрак.
— Вообще-то они мне ногу прокусили. А я после этого всего лишь камнем умудрился в одного залепить. Это смотря кто кого обидел! — возмутился я.
— Плохо. Они любят, чтобы при любом конфликте последнее слово за ними оставалось. Бесова гордость им приказывает, — погрустнела тетка. — Ну доедай, а я пошла собираться.
Я закончил завтрак, собрал дорожную сумку и вышел во двор, к машине.
— Тёть Том, я готов, поехали, — громогласно заявил я, загрузив сумку в багажник и расслаблено оперевшись на капот своего «Рено».
— Иду, дом закрываю, — донёсся до меня голос хозяйки.
Я собирался достать телефон из кармана, просмотреть, не было ли сообщений со вчерашнего дня, но ввиду внезапно возникшей криворукости выронил его себе под ноги.
Тихонько выругавшись, я наклонился поднять телефон и тут же над моей головой просвистело что-то и врезалось в лобовое стекло, оставив на нем внушительную трещину. Камень размером с кулак с грохотом скатился по капоту, пока я ошеломленно пытался рассмотреть, откуда прилетел мне такой «подарок»».
И тут я снова увидел их, то есть шухарей. В тени сарая, из-за поленницы высунулись три лохматые омерзительные физиономии. Они скалили жёлтые клыки, пасти были растянуты в жутких ухмылках. Мелкие монстры были явно довольны собой.
Это всё что я успел разглядеть перед тем, как следующий камень угодил мне под правый глаз. Острая боль и вспышка заставали меня потерять всякий рационализм и яростно броситься на шухарей с колуном, выхваченным по пути из колоды.
— Серёжка, стой! Не надо! Пусть уходят! — тётка, увидевшая эту сцену с крыльца, аки гепард подбежала ко мне и повисла на руке, сжимающей топорище. Тем временем трое наглецов, воспользовавшись ситуацией, один за другим, визжа как поросята, перекувыркнулись через штакетник и устремились в сторону Лысого холма. Высокая трава почти сразу поглотила их, и только три шевелящиеся травяные дорожки выдавали присутствие улепётывающих бесов. Оставленный ими след быстро исчезал, скрываясь под живым ковром природы.
— Всё, племяш. Будем считать, что вы в расчете. Поехали уже! — тараторила взволнованная тётя, опасаясь, что я рвану за шухарями в погоню.
— Ладно, — бурчал я, осторожно потрогав рукой заплывающий глаз и направляясь к машине. — Извините, тёть Том, но вы все здесь немного того, не в норме. Что люди, что бесята эти. Живите тут, как хотите. Я свое дело сделаю, что обещал, и ноги моей здесь не будет больше. Поехали, а то и правда опоздаем.
Через пару минут я уже катил на полной скорости в сторону райцентра, глядя на дорогу через треснувшее лобовое стекло. Синяк под глазом — это ладно, но с ногой мне предстоял обязательный визит к доктору, где я уже решил соврать, что меня укусила обычная собака. Хотя след от укуса на собачий никак не походил. Но не говорить же в поликлинике, что на меня могильные бесы напали. Совсем в другое заведение направить могут. А мне такое вовсе ни к чему…
Я, как обычно, приехал на летний отпуск в деревню, где родился. Не как все нормальные люди, которые стараются поехать на море или куда-то подальше от места работы. Ну а моя деревня под самым городом, а там — домик, оставшийся от родителей. У меня есть некоторая особенность психики, я плохо переношу людей. Можно назвать меня интровертом, но я более гибок в обществе. С рабочими отношениями и с общением с девушками у меня проблем нет никаких, но вот отпуск люблю проводить в моей малолюдной деревне в одиночку.
Там народу мало совсем осталось, да и те заняты в летнюю пору своими делами. «Привет, пока, поход в магазин» — к этому сводится всё моё общение в деревне со знакомыми. Основное время я то на речке с удочкой, то в лес по грибы хожу, то в маленьком огородике копаюсь или в саду. Был у меня там друг, Колян Сазонов, жил по соседству и меня постоянно подкалывал, мол, чего ты как дед старый свой законный отпуск проводишь, тебе и тридцатки нет. Надо жить на всю катушку и так далее. Сам-то Николай семьёй обзавелся в деревне: он механизатор, она секретарша в сельсовете. С женой ему, можно сказать, повезло — красивая, работящая. Детьми обзавестись не выходило почему-то.
Однако, как можно заметить, я упомянул про друга «был», а про его жену «можно сказать, повезло». Потому что в этот раз, едва я приехал в деревню, мне рассказал хороший знакомый, Санька Козлов, невероятную историю. Он перехватил меня сразу по приезду, я и к себе не успел зайти. Саня поведал мне следующее…
