Через час, Сережка уже с денежками в кармане, снова бродил по рынку. Время близилось к обеду и народа заметно поубавилось. Среди оставшихся продавцов, Сережка заметил деда, который продавал «Паннонию» с коляской. «Паннония» у мотоциклистов ценилась ниже, чем «Ява», но и стоила дешевле. Сережка обошел вокруг мотоцикла и на всякий случай спросил:
– Ну, что, отец, сколько просишь за свой аппарат?
– Дак, сколько… Мужики вон добрые «Ижи» за две продать не могут. А в магазине велосипед стоит две тысячи. Вот и думай, сколько… Ну, сколько? Ну, как за «Ижа».
– Ну, «Иж» – то покрепче будет, – со знанием дела сказал Сережка. К «Панноньке» и запчастей-то не найти.
– Дак, как говорится, запрос в карман не лезет…
– И за сколько же ты согласен отдать?
Дед взял Сережку за руку и отвел в сторонку от продавцов.
– Ты, солдат, так спрашиваешь, или действительно интерес имеешь?
– Действительно интерес имею. Из армии только что пришел. Девок на чем – то надо катать, а на «ижака» не хватает.
– Я то понимаю, что машина старая, запчастей нет, а вот бабка моя не понимает. Мотоциклет, говорит, красивый, если продашь дешевле, чем за две, то на «Урал» не добавлю.
– Ну, за две, отец, я не куплю.
– А за сколько купишь?
– За тысячу, – выпалил Сережка, не особо рассчитывая на успех.
– А переписка чья? – Уточнил дед.
– Переписка пополам.
– Ну, коль не шутишь, то я согласен. Но у меня есть одна просьба. Не говори никому, за сколько сторговались.
– Ладно, никому. Слово.
– И еще одну милость старику сделай.
– Какую?
– Давай сделаем так. Ты приедешь ко мне после шести и на глазах у бабки отдашь мне две тысячи.
– Как две тысячи?
– Ты не сипетись, послушай. Пока будем торговаться, я тебе суну незаметно деньги. А уж потом, при моей старухе ты подашь мне две тысячи. У меня есть кой-какая заначка, вот я и хочу выкрутиться. По другому мне «Урал» не купить. Выручай, солдат.
– Тут возникает одна проблема. Если я приду после шести, то мы не успеем переписать мотоцикл сегодня. А значит, переписка откладывается до вторника. Это меня не устраивает.
– А до шести у меня хозяйки дома не будет. А мне хочется, чтобы она видела, как ты передаешь деньги. Как нам быть?
– У меня есть встречное предложение. Мы сейчас едем в магазин и переоформляем мотоцикл. Но ты мне его не отдаешь, а вместе с денежками едешь домой. А вечером я приду и мы спроворим твою аферу.
– А не обманешь?
– Так я же говорю: и деньги возьмешь и мотоцикл.
Они поехали в магазин и оформили необходимые документы. Сережка отдал деньги деду, записал его адрес и они расстались до вечера.
Сережка воспрянул духом. Ему здорово повезло. Он шел по улице и улыбался. Теперь он не пропадет. Купит в деревне какую-нибудь хибарку, устроится в охрану и жизнь наладится. Можно успеть картошку посадить. Он парень здоровый, за день полгектара вскопает без всякого плуга. А картошка, она всегда в цене. Постепенно подкопит денег, купит домишко получше и можно будет подумать о жене.
Вспомнив о земляке Михаиле, Сережка пошел к нему в гости.
Мишка валялся на кровати и смотрел телевизор.
– Я тебя поджидал, – сказал он Сергею, усаживая его за стол, – разносолов особых нет, но чай и варенье всегда есть. Варенье, сам понимаешь, из деревни.
Мишка налил чай, нарезал толстые ломти хлеба и достал из-под кровати трехлитровую банку с вареньем.
– Давай налегай, не стесняйся.
Они вместе принялись за чай и за варенье.
– Ну, как у тебя дела? – Спросил Михаил.
– Дела в порядке. Ты не поверишь, но я сегодня свою тачку продал.
– Быстро ты. За сколько?
– За десять.
– Не мой ли домик в Елкино собрался купить?
– Не знаю. Долго будешь думать, куплю твой. Но, честно говоря, хотелось бы поближе найти.
– За эти деньги поближе не найти. Но я знаю, как заработать деньги.
– Чего ж не заработаешь?
– А вот слушай сюда. Я тебе прошлый раз не все рассказал. Есть тут одно частное охранное предприятие. «Рыцарь» называется. Платят там хорошо, можно до десяти тысяч заработать.
– Десять тысяч!?
– Да, десять. У них одно место есть. Я хотел сам туда устроиться, потому ничего и не сказал. Но меня не взяли.
– Не взяли? Почему?
– Им нужны настоящие бойцы, а я экзамен не выдержал. Я ведь не служил в ВДВ.
– А что у них за экзамен?
– Выводят тебя на ринг, и ты должен продержаться три раунда. Против тебя на каждый раунд выставляют свежего бойца.
– Так смотря, какие бойцы.
– Не бойся, бойцы будь здоров. Меня в первом раунде положили. В общем, меня не взяли. Но про тебя я не забыл и замолвил словечко. Тебе нужно подойти в ближайшие дни, с десяти до двенадцати во дворец спорта в малый зал. Они там тренируются. Спросишь Старкова, скажешь, что от меня. Но жилье они не дают.
– Да, это интересно. Спасибо тебе. А где же мне жить, если примут?
– А я и об этом подумал. Берешь у меня взаймы деньги, покупаешь дом и живешь. Через полгодика возвращаешь, да еще и взаймы мне даешь. И я тоже покупаю дом. Ну, как идея?
– Идея отличная. Осталось выдержать экзамен.
– Ты выдержишь. Ты служил в ВДВ, к тому же спортсмен, пришел недавно, форму не потерял. Выдержишь.
