Сережка ушел от Михаила воодушевленный. С хорошими заработками он быстро на ноги встанет. Знать бы раньше, так «панноньку» не стал покупать. А то с ней еще маяться. Кто ее купит. Только он, дурак, обзарился на дешевизну. Ну да ладно, там видно будет. Пока она ему нужна.
В приподнятом настроении, Сережка пришел за мотоциклом. Хозяин, Иван Данилович, уже ждал его. Они для вида поторговались, потом сели на мотоцикл и поехали прокатиться. Пока катались, бывший хозяин передал Сережке сверток с деньгами.
– Плохо тянет, – сказал Сережка, когда они подъехали к дому, – на четвертой совсем не идет.
– Ничего, ничего, – бодро возразил Иван Данилович, – ты молодой, тебе в охотку, с недельку повозишься и все наладишь. Они оставили мотоцикл у ворот и вошли в дом.
– Петровна, где ты там, иди деньги считай! – Крикнул хозяин от порога.
Из кухни вышла хозяйка. Поздоровавшись, она взяла у Сережки деньги, пересчитала их и, подобрев лицом, спросила:
– Может, поужинаете, я только что уху сварила?
– Конечно, поужинаем, – радостно воскликнул Данилыч.
Они все вместе сели за стол. Анна Петровна разлила уху по тарелкам.
– Так рыба посуху не ходит, – сказал Иван Данилович и вопросительно посмотрел на супругу.
– Нето, ладно уж, по такому случаю можно, – согласилась Анна Петровна и достала из холодильника бутылку водки.
Не успели они наполнить рюмки, как раздался стук в дверь и в избу вошел мужчина, примерно одного возраста с Данилычем. Гость поздоровался и остановился нерешительно у порога.
– Ефим, ты что, за дверями выжидал? Как это ты так ловко угодил? – Засмеялась Анна Петровна.
– Да я к вам по важному делу, но вижу, не во время, – сказал дед Ефим, переводя взгляд то на хозяина, то на Сергея.
– Во время, во время, – Данилыч налил еще одну рюмку, – давай садись с нами и говори о своем важном деле.
Выпив по первой рюмке, все принялись за уху.
– Солдатик-то родственник, или как? – Спросил гость, разглядывая Сережкину форму.
– Нет, покупатель. Мотоциклет седня у нас купил, – ответил хозяин, наполняя рюмки по второму разу. – Сейчас буду подыскивать что-нибудь посолиднее. Чтобы и жерди на огород привезти и столбики. Плануем с Петровной «Урал» брать.
– За сколь продал, если не секрет?
– Да какой секрет. За две тысячи.
– Да, интересно получается. Как специально. Интересно. – Ефим помотал головой и замолчал.
– Что-то не пойму тебя Ефим, говори толком.
– Да я ведь зачем пришел-то? Я ведь пришел денег у вас просить. Как раз две тысячи. Соседи-то мои, Семеновы, у которых дом-то сгорел, вчера приехали.
Приехали на два дня. А что они за два дня успеют? Им же надо срочно. За усадьбу просят десять тысяч. А там одна баня осталась. Конечно, если бы их не поджимало, они могли бы и дороже продать. А раз надо срочно, то я предложил им вариант. Пять тысяч – сразу, а остальные пять – в течение года. Усадьбу-то отпускать не охота. И речка рядом и лес. Да я там на корову накошу. Вот и пришел к вам. Может, выручите меня? Всего на три дня прошу. Мы с сыном по телефону только что говорили. В среду он на выходном и привезет деньги-то.
Дед Ефим вопросительно посмотрел на хозяев.
– Так я не возражаю, – развел руками Иван Данилович, – но деньги уже кассиру отдал. Теперь Петровну надо уговаривать. Я, думаю, помочь надо, ты нас тоже выручал.
Анна Петровна посмотрела задумчивым взглядом на Ефима и сказала:
– Ладно, договорились, дадим деньги, но только утром.
– Утром? Почему утром? – Удивился Ефим.
– Ты меня Ефим, извини, но у меня свои правила. Я тебе не отказываю, но дам утром.
– Так у них поезд в семь утра.
– Вот в шесть придешь, передашь им деньги, и они уедут.
– Ну, ты, Петровна, даешь! А если они не дождутся утра. Им ответ сейчас нужен.
– А вот поужинаем и вместе сходим. Я поручусь, что в шесть утра деньги будут.
– Ну, раз такое дело, то наливай, – махнул рукой дед Ефим.
Сережка встал из-за стола.
– Так я, наверное, пойду. Не буду вам мешать. Спасибо за угощение.
Иван Данилович вышел с Сергеем на улицу.
– Ты меня, старика, не суди строго. По-разному может жизнь сложиться. У меня вот так получилось. У тебя по-другому будет. А мотоциклет разбери, почисти, я давно уже им не занимался.
Сергей торопливо попрощался, завел мотоцикл и поехал в город. Но как только Иван Данилович вошел во двор, развернулся и поехал в обратном направлении.
Доехав до конца улицы, Сережка сразу увидел усадьбу со сгоревшим домом. Парень с девушкой сидели на крыльце бани и грустно смотрели на пепелище.
Подъехав к самому палисаднику, Сережка заглушил мотор и крикнул:
– Хозяева, можно вас на минутку!
Парень встал и нехотя подошел к Сергею.
– Слушаю вас, – сказал он безучастным тоном.
– Я на счет усадьбы, – торопливо заговорил Сережка, девять отдам сразу, остальные в течение месяца…
Парень долго смотрит на Сергея, наконец, до него доходит смысл сказанного.
– Что, что? Откуда вы узнали, что мы продаем? Мы только с соседями и поговорить успели.
– В деревне быстро слухи расходятся, – соврал Сережка.
Парень повернулся к своей жене и махнул рукой:
– Марина, иди скорее сюда.
Марина подошла и облокотилась на палисадник.
