Не успела я пройти и двух шагов в строну парка, как в другом кармане затрепыхался мобильник извечным «some things we don`t talk about better do without…» Снова Шерхан. И что ему на этот раз надо? Сказать, что он до дома добрался?..
Не глядя на табло телефона я нажала «Ответить».
– Алло. Что случилось? Уже скучаешь и жить без меня не можешь? – съязвила я, чувствуя себя чересчур смелой.
– Ха, – на том конце раздался веселый и безгранично позитивный смешок, но не Шера. – Ты медиум? Не знал… – А это уже восхищенно, и главное, голос такой знакомый.
– Эм…
– Медитируешь? Не стесняйся, медитируй, я подожду. Мы люди не гордые, – снова прорезался бархатный баритон с небольшой хрипотцой, откровенно смеющийся надо мной, но как-то необидно. – А мне можешь что-нибудь предсказать?
– Эээ… Нет.
– А почему? – Искреннее расстройство.
– Я не предсказываю. Я не ведьма же…
– Ну, ведьмы колдуют на крысячьих хвостиках всяких, черепах младенцев, внутренностях лягушек, а вот медиумы как раз делают пророчества.
Сразу вспомнилось липовое пророчество леди Га. Не верю я в такие штуки.
– Да нет. Я ни то, ни другое.
– Точно?
– Ага.
– А жаль, – вздохнул обладатель баритона.
– А мне нет.
– А почему, Лен?
О-о-у, он знает мое имя. Значит звонок мне. Ну, то есть, в любом случае мне, но вот если бы я не знала, что он звонит Лене, то могла бы предположить, что он ошибся номером. Остается вычислить звонящего. Звонок мне – это раз, номер в трубке не сохранен – это два, значит кто-то из новых знакомых. А таких у меня, по существу, всего два – Шер и Артем из парка. Шер отметается.
Я прямо Шерлок в юбке.
Голос на артемовский похож. Но надо убедиться. Проведу следственный эксперимент, назвав по имени, а дальше будь что будет.
– Не верю в оккультизм, Артем.
Короткий смешок.
– Лен, я думал, мы обсудили эту тему… – протянул парень.
– Какую?
– Ты меня теперь всю жизнь подкалывать будешь?
– Я же не делаю этого, – когда это я прикалывалась над ним?
– Слушай, ну, хорош, – попросил он с такой мольбой в голосе, что захотелось сразу же прекратить.
Одна проблема – я не знаю что прекращать. Видимо, разговоры про оккультизм…
Но все равно обещаю, что не буду:
– Хорошо.
– Замечательно! – возликовал парень. – А ты сейчас занята?
– Не очень…
– Супер! Значит давай через полчаса в центре у «Мака». Ты ведь можешь? – И, не дожидаясь моего ответа: – Значит, договорились. Жду. До встречи.
В трубке раздались короткие гудки. Я немного растерялась. С одной стороны – мне жутко хотелось встретиться с нормальным человеком, пообщаться, не выслушивая одни лишь приколы в свой адрес, а с другой – неужели нельзя было спросить хочу ли я идти в «Мак»? И совсем не важно, что хочу, вообще, фастфуды – моя слабость, но ему-то об этом неведомо. А еще так есть хочется… Да ну эти раздумья! Пойду. И точка.
Сначала я подумала о такси, но тут идти недалеко, как раз за тридцать минут дойду. Хотя жарковато, вернее, духотища. Зато загорю немного. Но у меня кожа такая белая, с трудом загорает, больше сгорает. Если не обмазаться солнцезащитным кремом с ног до головы, да еще и пятисантиметровым слоем – ничто не спасет. Раньше, еще до того, как папины дела пошли в гору, и он стал жутко популярен в мире дизайна, мы летом часто ездили всей семьей на местный курорт на берегу озера Солнечного. Обычно такие каникулы продолжались с неделю, в течение которой мы жарились на солнце, принимали грязевые ванны, отмокали в соленом озере, в общем, радовались жизни. Все, кроме меня и Стасика, чей кожный покров идентичен с моим. Он тоже, как и я, в первый день во всю досконально принимал солнечные ванны, а на следующий день с трудом мог надеть на себя одежду, потому что кожа горела. Папе приходилось сидеть с нами и через каждые пять секунд вымазывать в сметане наши тела вместо того, чтобы клеить очередную барышню, с головой окунаясь в атмосферу курортного романа, в то время как на дядю, напротив, нападал муз и принимался остервенело клевать ему макушку, принуждая писать. Зато Егор с Сонькой отдыхали на ура. А мы приходили в норму аккурат к концу отдыха и неудовлетворенные ехали домой. Эх, славные были времена…
Я уже почти подошла, когда вновь затрезвонил мобильник и бодрый жующий голос поинтересовался:
– Щэво ты там копофыфься?
– Я уже пришла.
– Таф зафоди! – прожевал, проглотил. – Я на втором этаже в дальнем левом углу.
– Иду.
