Но то было глубокое детство, а сейчас я уже взрослый человек, которому подобные гулянки кажутся запредельно глупым времяпровождением. Мне легче прогуляться по аллее, спуститься к берегу и покидать камушки в реку, или почитать книжку (для захламления мозга, но приятно), но делать все это я предпочитаю в одиночестве. Человеческое общество порою бывает слишком жестоким к себе подобным индивидам, считая их находящимися по социальной лестнице ниже, чем они сами. Я не считаю это поводом для пересудов и драк, а ими обычно и заканчивается. Мне со своей внешностью, в их понимании, место как раз у подножия. Доказывать, что я стою больше, чем рисует их больное воображение, я не намерена. Меня это нисколько не коробит. Поэтому, с чувством выполненного долга, а именно – прочтением письма, я его отправила в корзину. Так бы и забыла о нем, если бы не оголтелый визг из глубины квартиры, возвещавший о супер-пупер-мега вечеринке в исполнении Сони, который поддержал Егор. Правда, вскоре в его исполнении присутствовала желчь.
– Фанк Джаззи Бэнд? Могли и сменить название, между прочим, – до моего окна донеслось его приглушенное возмущение.
– А что такое? – вроде Соня.
– Да так, ничего особенного.
– Ой, да ладно тебе врать-то! У тебя вид а-ля «сожгу взглядом». Эй, не надо рвать мое приглашение!.. Хотя, я себе новое распечатаю. А эту можешь скотчем склеить и тоже пойти!
– Я? Туда? Мелкая, с твоим брэйном все в порядке?
– В поряде, будь спок! А вот с твоим нервусом, по ходу, нет.
– Я не нервный. Просто считаю…
– Ты завидуешь, а не считаешь!
– Не перебивай, это раз. Не завидую, это два. И третье… Да они еще и батл устроить хотят? Их любой порвет.
– Может ты тоже?
– Не может, а точно. У них, конечно, есть парочка терпимых брэйкеров, но есть и те, кто портит картину подчистую.
– Зато у них есть команда!
– Думаешь, у меня нет?
– А ты рассчитываешь найти ее за два дня? Не будь столь самоуверенным. Просто смирись, что люди чего-то добились упорно трудясь. И еще, в отличие от тебя, они умеют танцевать. Не вальсы и не танго…
– Возможно, я сейчас тебя немного удивлю, но что такое брэйк-данс я знаю не понаслышке.
– Я тоже телевизор смотрю…
– Рад за тебя. Держи мусор и пойди распечатай мне приличное приглашение.
– Значит, идешь?
– Встретимся там. Теперь можешь готовиться к шумной пати, ведь там буду я.
Братик решил вспомнить школьные годы? Помню, когда мы учились в школе, папа записал нас на бальные танцы. Как один из его пунктиков – «это должен уметь каждый». Мне нравилось, брату тоже. Но что самое удивительное, у меня получалось. Хотя, не отходив и года, пришлось бросить, потому что Егор занялся другими танцами. То, что он сменил направление, мы никому не рассказывали. Просто я уделяла еще больше свободного времени себе, а он своим новым друзьям и интересам. Обоих это устраивало. Но в какой-то момент, Егор сообщил, что и с этим покончено. Конечно, было интересно знать почему, но я посчитала, что он сам расскажет, если ему будет нужно. Оказалось не нужно. И вскоре забылось. А сейчас всплыло вновь. Понятно, почему название звучит знакомо, это же то ли его старая команда, с которой когда-то он был с ними не разлучен, то ли их соперники. Фанк Джаззи Бэнд… Он любил рассказывать о своей команде, о новых движениях с этими их сложными названиями, о предстоящих соревнованиях. Но никогда не переходил на личности, видимо, считая своих друзей не подходящей для меня компанией. Я даже рада была этому, ведь иначе мне пришлось бы слушать их нескончаемый треп об удавшихся или нет эйртвистах, хандглайдах, флэрах, короче, умирать со скуки. С тех пор, как Егор вычеркнул из своей жизни брэйк, его лучшими друзьями продолжали оставаться двое – Алексей Сомов и Леонид Верхов. Вроде они тоже были подвержены в то время вездесущему духу хип-хопа.
За братом захлопнулась дверь, скорее всего он побежал возвещать друзей о своих глобальных планах. Я же провела этот вечер в уборке одной комнаты за другой, и спать легла рано.
Несмотря на это, просыпаться в глухую темень от трезвонящего мобильника было нелегко. Где-то с третьей попытки я попала по нужной кнопочке и услышала чье-то недовольное бурчание в трубку:
– Сон – бесполезная трата времени!
Я промычала в ответ нечто невразумительное.
– Матвеева! Прием! Прием!
Ох, блин, зачем же орать так?
– Я тут ей утра доброго пожелать хочу, а она мне в трубку храпит?
Вот уж неправда! Я не храплю.
– Проснись и пой, твой друг с тобой!
Какой нафиг друг? Мой единственный друг свалил жарить попку на солнце… Ох ты, это же Леся.
– Леся? – я тут же устыдилась своего «милого» голосочка, а подруга подавилась пламенной речью.
– Ты что, празднуешь «две недели без Леси»? Новый праздник? – продолжила она возмущаться.
– С чего это? – нет, ну самом деле, она меня разбудила для чего – чтобы обидеться?
– А с того, что твой пропитый бас звучит компрометирующе!
– У тебя солнечный удар? – да чтобы я и пила?!
– Это у тебя сейчас будет… – угрожающе прошипела она в трубку.
