– Черная гниль, – бормотала я скороговоркой, пока Рей отбивал направленные на нас атаки. – Едкое безумие. Черный шар.
Пока он успевал только отбивать, но в какой-то момент изловчился и ударил. Вся комната будто пошла рябью. Задрожали стены, задрожал потолок, и его остатки рухнули нам на головы, но Рей смел их волной в сторону врага. Тот истошно закричал, погребенный под обломками.
– Лорд Денвер!
Лучше поздно, чем никогда. Именно с этой мыслью я встречала подмогу, хлынувшую в зал. Сложно было не узнать форму службы безопасности. Увы, уже сейчас можно сказать, что есть те, кому невозможно помочь. Но хотя бы можно вдохнуть полной грудью.
– Аманда!
Рей подхватил меня на руки. А я уже начинала думать, почему пол так близко. Почему…
– Минни, пожалуйста, открой глаза. Прошу!
Я бы и хотела откликнуться на призыв, но не могла. По телу жгучими волнами расползалась боль. Вот бы снова уснуть, только никто не дал.
– Минни, немедленно очнись! – приказной тон Роуз никак не вязался с тревогой, которая звучала в ее голосе. – Сестренка, хватит нас пугать. Ну же.
Но тело не слушалось. Я все еще плыла в вязком мареве. Как сквозь сон, слышала всхлипы Лукреции. Уж вряд ли из-за меня. С Дином хоть все в порядке? Он ведь тоже ранен. Попыталась пошевелиться, и ничего. Только туман и звон в голове. Роуз продолжала что-то говорить, но я ее уже не слышала, а вместо этого снова ухнула во тьму.
В следующий раз сознание вернулось, когда вокруг была тишина. Зато я ощущала ладонь Рея, сжимавшую мою руку. Его осторожные прикосновения к моему лицу. Сказать бы, чтобы не находился долго рядом, напомнить о проклятии, но я не могла, не было сил. Поэтому оставалось наслаждаться лаской и надеяться, что в следующий раз смогу хоть немного его успокоить. И снова беспамятство.
– Ты говорила, она скоро очнется, – требовательный голос его величества. Значит, Дину уже лучше. Как хорошо…
– Она очнется – это главное. А когда, уже зависит не от меня, – оправдывалась Роуз.
– Не кричите, – вмешался усталый голос Рея. – Или идите кричать в другое место.
Открыла глаза – и едва не ослепла от яркого света. Он бил в глаза, наполняя всю комнату, каждый ее уголок. Кажется, это моя спальня. И видимо, прошли минимум сутки, потому что без сознания я была долго, а за окнами снова было светло.
– Аманда? – первым склонился надо мной Рей. – Аманда, дорогая, ты меня слышишь?
Закрыла и открыла глаза. Да.
– Да, я тебя слышу, – просипела едва различимо.
Рей закрыл лицо руками. Я представляла, что он чувствует, – сама ощущала то же самое, когда видела, как его убивает проклятие.
– Я говорила, что все будет в порядке, – вмешалась Роуз. – К чему было так беспокоиться?
Но и в голосе сестры слышалось облегчение. Чем же меня задело? В пылу схватки я почти не почувствовала боли, но сейчас казалось, что тело мне не принадлежит и слушаться меня не желало.
– Аманда, если ты еще раз так сделаешь, я сойду с ума, – прошептал Рей, крепко сжимая мою руку. – Сколько раз мне еще умирать от беспокойства за тебя?
– Прости, – погладила его по щеке. – Я не хотела, чтобы все так вышло. Как остальные?
– Запрещаю тревожить больную, – вмешалась Роуз. – Вопросы потом. А сейчас, дорогая сестрица, спать и еще раз спать.
Я послушно закрыла глаза. Странно, что за это время ни разу не слышала голоса Энджи. С ним все в порядке? Или Роуз действительно запретила меня тревожить? Хотела было спросить, но, видимо, сестрица поняла, что угомонить меня невозможно, потому что сон пришел липкой волной. Я пыталась сопротивляться, но вместо этого ощутила, как падаю и падаю вниз…
Следующее пробуждение вышло куда более приятным, потому что проснулась я в объятиях Рея. Он мягко поглаживал меня по волосам, и казалось, что все плохое осталось далеко-далеко.
– Как ты? – спросила тихо.
– Хорошо, – улыбнулся мой любимый. – Насколько это возможно в нашей ситуации. Все-таки пострадавших очень много, больницы Гарроуза переполнены.
– А… погибшие?
– Они есть, – сухо ответил Рей, и тень набежала на его лицо. – И большая часть не из-за вражеских заклинаний, а в результате давки.
Паника – вот худший советчик. Я тоже помнила тот ужас, который испытала, оказавшись под сужающимся щитом. Помнила и другой, испытанный осенью, когда безумная супруга Дина пыталась избавиться от нас.
– Как Фердинанд?
– Был ранен, но ему уже лучше. Чистое везение и упорство Лукреции. Она сражалась с такой яростью, что получила прозвище Фурия.
– А ей подходит.
Я рассмеялась и мигом закашлялась. Видимо, заклинание, попавшее в меня, все-таки имело особую силу.
– А Энджел?
– Не знаю, что с ним делать, – вздохнул Рей. – Он замкнулся в себе. Со мной разговаривать не желает.
– Ничего, позовешь его ко мне, я и поговорю.
– Тебе надо отдыхать, – воспротивился Рей.
– Энджел мне не в тягость. А вот тебе лучше бы не забывать о нашем проклятии. Ты и так слишком долго находишься со мной.
– Никакого проклятия больше нет, Минни. Атака на нас была такой силы, что разрушила его до основания.
Хоть какая-то радостная новость за это время! Только Рей не казался довольным. Он хмурился и покусывал губы.
