Черного Апельсина перекосило, капельки пота скатились по широкому лицу. Такого поворота рэпер никак не мог предвидеть! Апельсин засуетился, подхватил Диану на руки, прижал к своей широкой груди и серьезным голосом произнес:
- Нам нельзя терять ни минуты, папаша!
- Ее нужно доставить в больницу как можно скорее.
- Что ж, тогда поспешим!
Апельсин и Адам в окружении личных телохранителей торопливо двинулись на выход.
Видок у Адама был растерянный, слезы устилали глаза, он выглядел потерянным и разбитым, казалось, он еще не до конца осознавал масштаб произошедшего, но оперативность Апельсина и четкий план действий невероятно поддерживали отчаянного папашу.
Уже несколько часов они сидели в светлом больничном коридоре, напоминавшем скорее вестибюль ультрамодного отеля, а не медицинской клиники: белоснежные стены и мраморная напольная плитка, белая пластиковая мебель, белые кожаные диваны, белые греческие ковры флокати и белые светильники. Апельсин нервно барабанил пяткой, сидя на неудобном пластиковом стуле. Адам то и дело вставал и принимался ходить туда-сюда, как загнанный в клетку лев. Ожидание для обоих выдалось долгим и мучительным. Адам покосился на часы, стрелки которых приближались к полуночи. Ему страшно было представить, что случилось, если бы он не приехал на эти проклятые торги! Обычно он являлся туда не чаще, чем пару раз в год, и совершенно с противоположной целью, чем остальные. Купленных девиц он попросту отпускал на свободу, но некоторые из них сами не хотели уходить, не зная, как отблагодарить своего спасителя – оставались.
Но, несмотря на благородные цели, Адам не мог часто бывать на торгах живыми людьми. Даже ценой свободы этих бедняжек! Будь его воля, вообще обходил бы подальше такие мероприятия! Но бизнесмен его уровня вынужден был вращаться в таких кругах. И за все приходиться платить! И вот сегодня он едва не поплатился собственной дочерью! Самое же ужасное заключалось в том, что именно на таких торгах он познакомилась с ее матерью. Эта юная красавица была первой, кого он освободил, выкупив, словно какую-то вещь. Освободил для того, чтобы стать ее первым мужчиной и отцом Дианы. Адам никогда не рассказывал дочери эту страшную правду, отделываясь общими фразами о красоте Марии, ее доброте, наивности, преданности. Он вообще многое скрывал от Дианы.
Когда случилась эта мерзкая история с Эмилем, и не успел самолет подняться в московское небо, как Адам сильно пожалел о своем решении позволить ей покинуть Россию. Его девочка, его принцесса – одна в далекой стране, без денег, без друзей и родных! Гнев затмил рассудок, иначе нельзя было объяснить столь суровое наказание! Конечно, она мечтала об Америке! Но разве так она хотела уехать, разве таким образом жаждала познакомиться с этой страной и с этого начать новую жизнь?! Адам ругал себя, хотя не привык к самобичеванию и долгим размышлениям. Чтобы хоть немного отвлечься и снять груз вины с души, он приехал на торги, в надежде откупиться от терзаний совести свободой одной из несчастных рабынь. И вот тебе раз! Нет слов, чтобы описать, что почувствовал отец, увидев дочь на сцене! Ужас! Позор! Боль отчаяния! И страх, безумный страх, что кто-то может обойти его, ведь в зале было полно похотливых и бесцеремонных богачей!
Стукнула дверь, вырывая Адама из воспоминаний. В коридоре появился человек в белом халате. Вид у него был измотанный.
- Что, док?! – кинулся отец к врачу. – Как она? Как моя девочка?
- Спит. Потеряла много, очень много крови.
- Может, нужен донор? – встрял Черный Апельсин, и Адам бросил в его сторону грозный взгляд – кто, как не родной отец будет лучшим донором для своего дитя!
- Спасибо, мы уже сделали переливание, – устало улыбнулся врач, - вам самим следует отдохнуть, в таком состоянии пользы вы ей не принесете.
И отец, и друг Дианы отвергли это предложение, так и продежурив в больнице до утра. Затем они выпили по чашечке кофе в ближайшем кафе, разговорились уже вполне миролюбиво. Апельсин поведал Адаму, как познакомился с Дианой. Адам пустился в воспоминания, чуть не со слезами повествуя о детстве своей дочери. А потом заговорил о настоящем, да так разошелся, что даже кулаком зарядил по столу. Он был твердо намерен увести Диану в Россию, как только она придет в сознание и будет в состоянии перенести полет. Апельсин сомневался, чтобы этот номер удался. Рэпер уже довольно хорошо знал Диану, чтобы предположить ход событий. И хотя отец знал свою дочь еще лучше, упрямство было их фамильной чертой, - Адам был уверен, что настоит на своем.
Неизвестно, чем бы кончилось это противостояние. Но этого не случилось – Адам, не без осторожного влияния Черного Апельсина, - внезапно понял, что не может показаться дочери на глаза! Какие бы ни были его намерения, Диана не должна знать, что он бывает на таких мероприятиях. Он и так уже достаточно испортил отношения с ней, и рисковать больше нельзя.
