- Диана, ты звезда?! – спросил он, восторженно глядя на нее черными, выразительными глазами.
- В каком смысле?!
- Ну, у тебя такая крутая тачка! Одетая, как кинозвезда! Ты наверняка богатая и знаменитая, так?
- Можно и так сказать, - она пожала плечами, и посмотрела на мальчика очень внимательно, - а разве это важно?
Оскар прикусил губу, глубоко задумавшись. Потом внятно и твердо произнес:
- Нет!
Диана решилась все-таки и ласково растрепала его кудряшки. Мальчишка не сопротивлялся, только игриво боднул ее ладонь, и рассмеялся задорно. Диана поняла, что пропала! Улыбка Оскара, как она и ожидала, была потрясающей – солнечной, доброй и одновременно дерзкой, будто мальчишка бросал вызов всему миру.
- Я приеду к тебе завтра, - пообещала Диана на прощанье, - будет хорошая погода, и мы обязательно погуляем, договорились?
Оскар отсалютовал ей и побежал в дом. Диана порадовалась, что он не стал смотреть вслед автомобилю. Она понимала его стремление к независимости, он был ей близок по духу, как никто из взрослых!
А еще… он был очень похож на того славного парня из аэропорта.
Неделя за неделей стояла замечательная погода. Диана возила Оскара по городу и вдоль побережья, учила плавать и читать, катала на каруселях и электрических машинах, а в тихих переулках давала порулить и на своей шикарной тачке. Оскар с каждым днем становился все более раскрепощенным, уже не боялся показать свою привязанность к Диане, позволял целовать себя в щечку, обнимать при встрече, хотя и считал это телячьими нежностями. Диана познакомила его с Амиром и Йоником, и частенько они проводили время все вместе – два смуглых мужчины, мальчик-шоколадка и озорная белокурая красотка. Вскоре Диана даже стала ревновать Оскара к братьям, видно было, что ему очень сильно не достает мужского внимания, и он готов был целыми сутками кататься на мощных плечах Амира, слушать пространные речи Йоника, вникать в объяснения насчет автомобилей, скорости, музыки, и рассуждать на чисто житейские темы.
Диана не сразу осознала, что это – счастье. Счастье - смотреть на Оскара, когда его, хохочущего и ликующего, Амир закидывает на плечи и несет в море. Счастье – слушать, как смело спорит маленький мулатик с большим. Счастье – тихонечко поправлять свитер Йоника, накинутый на Оскара, когда тот задремал в машине по дороге из парка.
И ревность ушла, будто не было. Диане было хорошо от того лишь, что хорошо Оскару. У нее будто появился еще один брат – младший, самый любимый. Она чувствовала, что становится уязвимой, зависимой от его улыбки, понимающего взгляда темных глаз, от его капризов и ночных кошмаров. Когда Оскар впервые остался ночевать у нее, Диана была вынуждена среди ночи перенести его из гостевой в свою спальню. Мальчик был весь в поту, дрожал и всхлипывал без остановки. Худое, коричневое тельце вздрагивало в ее руках, Диане совсем не было тяжело, но слезы катились по ее щекам – безмолвные и беспомощные слезы. Она не могла изменить прошлое Оскара. Но она могла помочь ему в будущем. И самое главное – у них было общее настоящее.
- Тебя обижают в детдоме? – как-то спросила Диана.
Оскар был не из тех, кто жалуется на судьбу. До сих пор он ни разу не упомянул о своих недетских горестях. Да и сейчас явно не спешил отвечать начистоту, отводил глаза и пыхтел набыченно.
- Я не прошу тебя ябедничать, - пояснила Диана, - мне просто нужно знать!
- Зачем? – он пожал плечами. – От того, что ты узнаешь, это не переменится.
Порой такие вот его рассуждения сбивали Диану с толку. Словно ему не восьмой год, а девяносто восьмой!
- Значит, все-таки обижают, - вздохнула Диана.
- Они думают, я – другой!
- Так и есть. Ты – другой, непохожий на них.
- Нет! – жарко возразил Оскар. – У меня такая же кровь, такое же сердце, я знаю! Внутри мы одинаковые! От них отказались, и от меня тоже! Нас всех бросили!
- Дело не в этом, Оскар.
Диана крепко-крепко прижала его к себе – маленького, недоверчивого, готового ощетиниться на весь мир. Сколько их таких – мулатов, ходит по этой стране? Непохожих на других, виноватых лишь в том, что у них другой цвет кожи!
А Майкл Джексон?! Было время, и он тоже страдал точно также из-за цвета своей кожи, а потом еще и от зависти, ненависти, подлости глупых и мелких людишек! А Эмиль? Амир? И их друзья!
- Ты не похож на них, - прошептала она мягко, стараясь проникнуть в самое сердце мальчугана, - ты совсем другой, и не, потому что чернокожий! Просто ты разумный и независимый, ты никогда не обидишь слабого, так ведь?
Оскар кивнул. На глазах его блестели капли. Но это было не стыдно – плакать рядом с Дианой. Она понимает, она не станет насмехаться!
- Только все равно, если бы я был белый, они бы не стали издеваться, - вымолвил он упрямо и зло.
- Не знаю. Не уверенна.
- Ты хорошая. И Амир хороший. И Эмиль тоже. Я бы взял вас с собой и поехал жить в Африку! Там где все такие, как я!
