Пока Диана с Йоником ездили за продуктами, к малышу и Амиру присоединился Эмиль. Хотя он ревновал мальчика к сестре, но в последнее время смягчился, старался сдерживаться. Вот и сегодня все трое вполне мирно смотрели телевизор, обсуждали клипы. Однако, стоило показаться Диане, Оскар забыл обо всем и обо всех, повиснув на ней, будто обезьянка. От его былой сдержанности не осталось и следа, мальчик ластился к девушке, заглядывал в глаза. Его взгляд, казалось, молил: «Не оставляй меня, будь всегда со мной, не отдавай никому-никому!!!». Нет, он не жаловался, ни словечком не проговорился, каково ему живется в детдоме, хотя с приходом новой директрисы, порядки стали в тысячу раз строже. А к Оскару вообще придирались по всякому поводу, и если раньше, только сами ребята постоянно третировали маленького мулата, то теперь донимала и директриса. Мало того, что эта злобная тетка ненавидела детей, просто в силу своего вздорного характера, так еще и решила на них зарабатывать. Одних она продавала «на органы» заграницу, других – в публичные дома, извращенцам и педофилам. Естественно, никто не знал об этом, и не подозревал, что за страшные дела происходят за закрытыми дверями детского дома. Эти крохи никому были не нужны, никто не интересовался их судьбой. Так продолжалось до тех пор, пока однажды Диане не запретили видеться с Оскаром. Директриса, вероятно, не знала, кем является девушка на самом деле, да и не задумывалась особо. Ей поступил выгодный заказ на смуглого мальчика, и, подвергнув его всяческим медицинским освидетельствованиям, она решила, что лучшей кандидатуру не найти. Деньги сулили немалые, так что эта гадина рассчитывала просто избавиться от мулата, предварительно оборвав все связи его с внешним миром.
Однажды приехав к мальчугану, Диана нарвалась на строгий запрет, и только ее хорошие отношения с воспитательницей, позволили узнать правду. Не всю, конечно, а лишь выверенный вариант. Воспитательница рассказала, что директор почему-то против их встреч с Оскаром, и она лишь может в последний раз позволить им увидеться, чтобы попрощаться. Диана не стала спорить, хотя точно знала, что никому не позволит отнять у нее мальчика.
- Ты, почему такой грустный? – спросила она, заметив, что тот отводит взгляд и молчалив еще больше обычного.
Оскар лишь подал плечами. Диана ласково взяла его за подбородок и тут увидела на худенькой шее синяк. Трясущимися пальцами она быстро задрала футболку и, несмотря на сопротивление мальчугана, тщательно осмотрела его. Все тело Оскара было в ссадинах.
- Кто это сделал? – сглотнув, быстро спросила Диана.
Мальчик лишь потупился. Он не хотел, быть доносчиком, и считал, что сам должен разобраться с обидчиками.
Диана бросилась к воспитательнице.
- Сколько можно! Что тут у вас происходит вообще?! – закричала она на женщину. – Почему никто не вступиться за него?! Вы воспитатель, черт подери, или коновал?!
Та попятилась от ее напора.
- В чем дело, Дианочка?
- В том, что у вас тут твориться беспредел!
Воспитательница, которая была отчасти замешана в грязных делишках директрисы, дико испугалась, решив, что Диана откуда-то узнала страшную правду.
- Подожди, Дианочка, подожди, не кричи! Я все объясню. Конечно, сейчас на очереди Оскар, но мы что-нибудь придумаем!
- На какой еще очереди?!
Какое-то подозрение мелькнуло у Дианы. Она машинально огляделась.
- А почему детей стало меньше?
- У нас карантин, - быстро соврала воспитательница, - остальные в лазарете!
Диана нахмурилась и, сжав кулаки, приблизилась к женщине.
- Это вы сейчас отправитесь в лазарет! Быстро отвечай, где ребята?! И на какую очередь поставили Оскара?
- Так это… я не совсем в курсе… - проблеяла она.
Но Диана не отступала, ее уже было не остановить. Она и раньше, с приходом новой директрисы, замечала некоторые странности. А теперь этот нелепый запрет на их встречи с мальчуганом! Что-то тут твориться неладное!
В буквальном смысле, прижав воспиталку к стене, Диана вынудила ее рассказать ту часть правды, в которую та была посвящена. Особых подробностей, конечно, эта тетка не знала, но свою долю за посредничество получала исправно. Диана пообещала заплатить в десять раз больше, чтобы та держала до поры до времени язык за зубами.
- Да, пожалуйста, - поджала губы воспитательница, - только ты все равно ничего не изменишь! У той все куплено – и милиция, и органы опеки, не подкопаешься!
- Посмотрим, - бросила на ходу Диана.
В тот же день она забрала Оскара к себе. Но вечером в особняк прибыла директриса с участковым и представителями властей. Никаких доказательств гнусной аферы у Дианы пока не было, и ей ничего не оставалось, как отдать мальчика. Прижав его на прощание, она шепотом сказала на ухо:
- Ничего не бойся, я скоро приду за тобой!
