Им показалось, что до того мгновения, когда их руки соприкоснулись, прошло несколько долгих часов. И только теперь, увидев совсем близко, как Онести трясется от холода и страха, Джесс понял, до чего же это маленькое и хрупкое создание. Как ребенок, испугавшийся темноты, она двумя руками держалась за пояс, стремясь за ним всем телом, как будто хотела вылезти из собственной кожи.
Чувство еще никогда не испытанной нежности наполнило душу этого сурового мужчины. Оно было настолько сильным, что у Джесса перехватило дыхание. Боже, если бы Онести не позвала его, если бы он не услышал ее крик, что тогда?..
Нет, он не будет даже думать о том, что бы тогда произошло! Во всяком случае, сейчас...
Прошло еще несколько минут, прежде чем девушка смогла справиться с дрожью. Джесс привлек ее к себе и прижался губами к виску.
– Давайте вернемся в наш маленький лагерь, – прошептал он.
Очень осторожно он помог девушке подняться на ноги и сделал шаг к реке.
– Нет, я туда не пойду! – запротестовала она. – Мне страшно вступить в эту реку! Я не могу!
– Можете, Онести, можете! Поймите, что вернуться к нашим лошадям можно только этим путем.
Она продолжала неподвижно стоять на месте и беспомощно смотреть на Джесса.
– Вы мне доверяете, Онести? – спросил он.
Она глотнула воздуха и молча кивнула. Он ласково провел ладонью по ее щеке и улыбнулся. Джесс не был уверен, что Онести действительно верит и доверяет ему...
...Вернувшись на берег, где был устроен привал, он помог Онести опуститься на выступ скалы и сказал:
– Вам было бы лучше снять промокшую одежду.
Она снова кивнула и стала дрожащими пальцами расстегивать пуговицы на блузке. Джесс смотрел на нее и чувствовал, как непонятное волнение наполняет его грудь. Как будто он что-то потерял. Как будто речной плывун высосал из Онести всю душу, превратив ее в послушное, не способное ни к какому сопротивлению существо. Джесс вдруг понял, что не хотел подобного перерождения.
– У вас есть сухая одежда? – спросил он.
– Е-есть... В в-вещевом м-мешке... – дрожащими от холода губами проговорила Онести.
Она с трудом произносила слова.
Джесс исчез за деревьями и через несколько минут вернулся с ее саквояжем. Вывалив содержимое на землю, он спросил, отведя взгляд:
– Вы сами сможете переодеться или мне вам помочь?
– Думаю, что смогу сама.
Джесс заметил, что зубы Онести перестали отбивать дробь, а губы подобрались и сжались. Он понял, что она постепенно приходит в себя, чего не мог сказать о себе самом. А потому вновь исчез за деревьями.
Вытащив из своего рюкзака кофейник, Джесс спустился к реке, зачерпнул чистой воды и вернулся к месту, где оставил спутницу. Но там ее не было. Зато сквозь кусты просвечивал огонек, а над ними поднимался голубой дым. Джесс понял, что Онести разожгла костер.
Она сидела у огня, вытянув руки и грея озябшие ладони.
– Итак, я уже вторично обязана вам жизнью! – обернулась она, заслышав шаги Джесса.
– Черт возьми, но что вы делали у реки? – с раздражением спросил он.
– Что я делала? Пыталась перебраться на противоположный берег. Я заметила там какой-то блеск и подумала, что это могло быть припрятанное кем-нибудь золото.
– Полагаю, что здесь нет никакого золота. В этих песках может блестеть только пирит, который действительно нередко принимают за драгоценный металл.
– Я это поняла, дойдя до середины реки.
– Мы останемся тут до конца дня. Надо отдохнуть самим, да и лошадям – тоже.
– Это невозможно, Джесс! Что, если те двое уже напали на наш след?
Проклятие! Как он мог об этом забыть?! Ведь совершенно очевидно, что за это время братья Трит успели освободиться от веревок, которыми он их привязал к деревьям! И хотя оба, наверное, слишком устали, чтобы сразу броситься в погоню за беглянкой, немалая доля правды в словах Онести все же была.
Так что наиболее разумным решением сейчас было бы не тратить попусту время, а седлать лошадей и как можно быстрее двигаться дальше.
– Вы уверены, что сможете продолжать путь? – спросил он.
– Уверена...
Ла-Вета был одним из небольших городков, примостившихся на склонах гор. В нем останавливались железнодорожные специалисты и рабочие. Выстроенные из местного дерева и добываемого здесь же камня дома возвышались на фоне высоких сосен и устремленных в небеса горных вершин.
На карте Онести этого городка не было. Но именно здесь им предстояло пополнить запасы продуктов, продать мула и купить для Онести приличную лошадь. А главное – дать передохнуть своим разнывшимся от долгой дороги костям.
