Кругом чистейшие лифты и отполированные до блеска мраморные полы. Мы находим себя в списке в лобби, еще один ждет наверху. Пока идем, Лола берет меня за руку, но не в романтичном смысле; уверен, это ясно нам обоим. Просто именно это мы хотим сделать, прежде чем шагнуть из одного мира в другой. И наши руки как якорь друг для друга.
Это такая вечеринка, где все в черном, а официанты – в основном модели и актеры – ходят по залу с серебряными подносами, уставленными бокалами с шампанским и изысканными закусками. Грохочет музыка, и людям приходится ее перекрикивать. Зал несильно переполнен любителями тусовок, но, похоже, их все равно здесь немало.
Нас замечает какой-то парень у бара и машет Лоле рукой.
Он на десяток сантиметров ниже меня и повседневно одет – в футболку и джинсы – и среди продуманно одетых гостей он выглядит несколько отстойно.
– Лолс! – приветствует он и, подойдя, заключает ее в крепкие и почти нескончаемые объятия.
Она благодарит его за приглашение и жестом показывает на меня:
– Остин, это мой друг Оливер.
– Оливер, – удивленно повторяет он. Я наслаждаюсь тем, как он, наклонив голову, меня рассматривает. По его ухмылочке сразу понятно, что он собирался сегодня трахнуть Лолу, и я надеюсь, теперь он пересмотрит свои планы. Не уверен, могу ли я претендовать на ее сердце, но хрен ему, а не ее тело, даже полмиллиметра.
Он крепко пожимает мне руку:
– Приятно познакомиться.
Больше нам сказать друг другу нечего, поэтому после нескольких секунд молчания он поворачивается к Лоле.
– Хочу тебя кое-кому представить. – Он оглядывает зал, показывая нам людей, которых видно с места, где мы стоим.
Парень в черных брюках и рубашке – это сценарист. Другой парень в черном – режиссер. Женщина в черном коктейльном платье – вице-президент какой-то киностудии.
Лола сюда прекрасно вписывается. Наши девочки всегда шутили, что она похожа на крутую супергероиню, и это чистая правда. У нее аура спокойной силы и уверенности в себе, потому что она всегда доводит начатое до конца.
– Теперь пошли, – говорит ей Остин, и она хватает меня за руку. Ее ладонь липкая и с дрожащими пальцами. – Давай найдем Лэнгдона.
Я делаю шаг назад, а из-за того, что Лола держит меня за руку, ей тоже приходится резко отступить и посмотреть на меня.
– Иди занимайся своими делами, – тихо говорю я. – А я что-нибудь выпью и перекушу. Со мной все будет окей.
– Уверен? – спрашивает она.
– Абсолютно. – Мне только сейчас пришло в голову, что мероприятие закончится довольно поздно и мы сегодня домой не вернемся. – И еще забронирую нам номера где-нибудь побли…
– Уже, – с улыбкой успокаивает меня она.
Мое сердце начинает громко биться в груди, а Лола не сразу отворачивается.
– Спасибо, что позаботилась. – Наклониться и поцеловать ее в низ щеки, у самой шеи, представляется настолько правильным, что я так и делаю.
Возможно, сейчас я нарушил все границы, но по тому, как улыбается и сжимает мою руку, кажется, она не против.
Я сижу в баре, пью, закусываю и рассматриваю окружающих.
Это любопытно и сильно контрастирует с моей ежедневной жизнью. Мои покупатели – самые обычные люди, вращающиеся в кругах, где ценят скорее комфорт, нежели роскошь.
Буквально никто из моих знакомых, кроме Харлоу и Анселя, а теперь и Лолы, сюда бы не вписался. Но это новая реальность Лолы, поэтому в каком-то смысле и моя тоже.
Она приходит где-то через полчаса и садится рядом:
– Привет.
– Привет. – Я ставлю стакан и сжимаю ее руку. Я рад ее возвращению. Несмотря на собственную уверенность, что Лола никогда не сбежала бы с кем-то наподобие Остина, мне особо нечему было радоваться вдали от нее: – Как все прошло?
Она улыбается и кивает кому-то в другом конце зала.
– Хорошо, – не переставая улыбаться, говорит она. – Ну или я так думаю. У них куча идей. А я типа постаралась их выслушать.
Повернувшись ко мне, она добавляет:
– Без оценок.
– Все плохо, да?
Покачав головой, она отвечает:
– Не все. Просто странно, когда что-то настолько личное больше тебе не принадлежит. Думаю, Лэнгдон уже много понаписал. А я пытаюсь не отвергнуть все, не глядя.
– Хочешь, поговорим об этом попозже? – догадываюсь я.
Она кивает, и когда бармен ее замечает, Лола наклоняется ближе, чтобы заказать напиток сквозь шум толпы. Он смешивает прямо при ней, а она молча наблюдает и выглядит при этом так, будто ей не терпится. Со слишком восторженной, как по мне, улыбкой забирает бокал и снова поворачивается ко мне.
– И о чем ты хочешь поговорить
– Мы сейчас на крутой вечеринке, а ты преспокойно себе сидишь за стойкой целых полчаса, и за это время на тебя обратили внимание порядка пятнадцати дамочек, в мечтах уже утаскивающие тебя домой в свои жуткие подземелья для секса.
– Да прям, – смеюсь я.
– Точно тебе говорю. – Она наклоняется и корчит смешную рожицу. – Какой твой любимый метод съема?
– Вообще-то любимого нет. Я просто сижу, вот прям как сейчас, – я раздвигаю колени и выдаю ей свой blue steel[29].
