– В возах с сеном не сено. Делай, что сказал, воин. Скрытно и быстро.
Поверил или нет, сказать трудно. Но спорить не стал. Поднялся нехотя, неторопливо приблизился к десятнику, скомандовал вполголоса.
Десятнику не понравилось. Алан даже запротестовал… И получил в ответ такой заряд ярости, что даже отшатнулся. И бросился выполнять распоряжение. Бегом.
Тут уж Сергей забеспокоился. Лишняя суета могла привлечь внимание возчиков. И если его предположение верно и в сене не какая-нибудь контрабанда, а то, что он думает, то противник может и не дождаться, пока возы окажутся внутри крепости.
– Ну, если ты… – начал Стрымак, подходя к Сергею.
Но тот вместо ответа развязал тул со стрелами и вытянул из налуча лук.
Створы ворот пришли в движение.
Три стражника, оказавшихся снаружи, повинуясь крику десятника, прекратили осмотр и рысью кинулись внутрь.
Возница первого сеновоза встрепенулся, вскочил на край воза, соображая, что происходит…
И, сообразив, присел, закричал по-хузарски, призывая к оружию, и сам тут же вскочил с луком в руках.
Сергей, однако, выстрелил первым. Причём не в возчика, а в лошадь. И не с целью поразить, а лишь напугать.
Получилось отменно. Стрела чиркнула лошадку по шее, та дёрнулась (больно!), подалась назад, толкнув телегу. Возчик потерял равновесие… Не упал, но выпущенная им стрела ушла в небо.
А вот Сергей и во второй раз не промахнулся. На этот раз стрела попала в грудь хузарина. А поскольку на том была только рубаха…
Возчик свалился с телеги, которая секундой позже врезалась в ту, что была за ней. И из обеих телег разом полезло «сено». Суровое такое «сено», со степными луками в тренированных руках.
Но – поздно. Вратные створы уже смыкались, и десяток стрел, влетевших в сужающийся промежуток, ничего не изменили. Могучий Стрымак спиной подпёр ворота, и когда хузары навалились на них как следует, стражники уже всунули в скобы запорный брус.
Теперь «отворить» ворота можно было только тараном.
– Бей тревогу! – крикнул Сергей впавшему в ступор стражнику и кинулся наверх, на стену.
Медное било внизу загудело раньше, чем он добрался до заборола.
Ага, растерялись лазутчики. Нет у них снасти для штурма. Хотя если поставить друг на друга пяток телег…
Чтоб у противника не возникло конструктивных идей, Сергей поступил просто. Выпустил в сбившихся в кучу ворогов три стрелы.
И тут же присел, потому что соревноваться в меткости с минимум полусотней хузар у Сергея не было ни малейшего желания.
Пист опоздал. Вчера позволил себе лишнее: кувшин вина и девку.
Решил, что заслужил небольшой отдых, ведь поручение стратига он выполнил. Встретился с доверенным человеком и узнал, что договор, подписанный патрикием Николаем Пиператом, был подписан под принуждением.
– Именно так! Единственно правильное решение!
Доверенный человек, настоятель церкви Святого Георгия[18], был целиком на стороне патрикия, ведь не сумей тот договориться с архонтом русов, его, настоятеля, храм ограбили бы в первую очередь. И не факт, что он сам остался бы жив. Дикие северные варвары любили убивать. А перспектива стать мучеником настоятеля не слишком привлекала. Он не был уверен, что всякий священнослужитель, убитый язычниками, обретает святость. Настоятель мыслил рационально и политичность ставил выше бескомпромиссного служения Господу. Будь настоятель другим, ему было бы очень сложно защищать христианскую веру, а особенно христианское имущество в городе, где власть принадлежала иудеям.
И, похоже, снова будет им принадлежать.
Пист не успел покинуть город с рассветом, как собирался, а теперь это сделать было затруднительно. Ворота заперты. Снаружи – враги.
Но, может, это и к лучшему, что не успел. Может, это Господь его уберег. Вышел бы засветло, угодил бы прямо в лапы иудеям.
Так-то так, что делать теперь? Неизвестно, сколько продлится осада и чем закончится. Даже если русы удержат город и запасов хватит, чтобы избежать голода, время будет потеряно. Стратигу придётся ждать. А Пист знал, что такие, как Вога, очень не любят ждать таких, как Писк. А возможен и худший вариант: кто-то окажется проворнее и принесёт новости раньше. Хотя нет, это не худший вариант, ведь, узнав правду, стратиг Иоанн бездействовать не будет. А с фемным войском хузарам не совладать. Правда, тогда Пист не получит ни благодарности, ни вознаграждения, зато останется жив. А вот если хузары захватят Самкерц, то жизнь Писта будет стоить дешевле его кошелька. Что творят победившие с побеждёнными, Пист знал. И сам творил, когда был солдатом. Нет, надо как-то выбираться за стены. Но как?
Хузары. Следовало ожидать, что помимо отряда, задачей которого было скрытное проникновение в город и взятие под контроль ворот, где-то поблизости имелся и другой отряд. Существенно больший. Достаточный для взятия Самкерца, если бы хитрый план захвата ворот реализовался.
