Сами кивнул и рассеянно похлопал малыша по памперсу через штанишки. Он так и думал: не сравнить с ипподромом в Тэбю.
– Как мы будем действовать дальше?
– Сначала… – задумался Малуф, – нужно достать вертолет.
Если они пойдут на это дело, без вертолета не обойтись.
Добраться до крыши не составляет труда, а вот уйти оттуда можно только одним способом. После разговора с Петровичем Малуф разузнал, какую скорость может развить подъемный кран, и тут же отказался от этой идеи. Он даже научился управляться с оборудованием для альпинизма – шлямбурами и дюльферными станциями, подходящими для строительного раствора. Он подошел к делу слишком основательно. Элегантные решения вроде воздушного шара или планёра, хоть и эффектно выглядят в фильмах, совершенно не годятся в действительности. Реактивный ранец с маленькими моторчиками – неплохая альтернатива, но, если есть деньги на пару таких ранцев, грабить хранилище – уже ни к чему. Нет, нужен вертолет – или придется оставить эту затею.
– Ладно, пусть будет вертолет, – кивнул Сами.
Приятели прогуливались по галерее торгового центра, то и дело останавливались у какой-нибудь витрины, не привлекая внимания других посетителей – этим навыком они овладели в совершенстве. Так они могли спокойно поговорить, не опасаясь лишних ушей.
– А где мы возьмем вертолет? – продолжал сомневаться Сами. – Он же не у всех в гараже стоит.
– У меня есть знакомые… – ответил Малуф. – Это не труднее, чем раздобыть катер.
– Ну уж нет. Тем более, катером может управлять любой дурак. Понимаешь, о чем я? А на вертолете никто из нас не летал. Угнать-то его мы сможем, а что с ним дальше делать?
Младенец медленно просыпался, и Сами, подозревая, что Малуф не обрадуется, увидев его с детской бутылочкой, принялся ритмично подпрыгивать.
– Ты прав. Нужно… найти пилота, – согласился Малуф.
– Ты знаешь кого-нибудь?
– Нет, – Малуф неожиданно засмеялся. – Но… я знаю, кто может нам помочь.
В голосе читалась решительность.
– Твой дружок, что ли? Долговязый? Петрович?
– Точно, точно, – улыбнулся Малуф.
– Ну, не знаю. А еще та девчонка…
– Александра.
– Ты теперь в ней на сто процентов уверен?
– Абсолютно.
– Ну не знаю, а с чего бы ей рассказывать тебе так много всего, а? У нее наверняка возникали вопросы?
– Нет, мы просто разговариваем… Ну, ты понимаешь: она сама все выкладывает.
– Ладно, может быть и так, – все еще сомневался Сами. – Но что мы будем делать после того, как посадим вертолет на крыше?
Малуф с довольным видом кивнул:
– Дело в том, что в двух шагах от хранилища – полицейский участок, так что у нас будет минут пять-десять, не больше. Мы сделаем отверстие в крыше, а прямо под ней – зал, в котором работает Александра – зал пересчета, комната с наличными – она его по-разному называет. По вторникам и четвергам туда поступает… пара сотен миллионов крон.
Они остановились у витрины секонд-хенда, чтобы рассмотреть необычные товары. Сами продолжал укачивать малыша.
– Деньги в мешки, потом обратно на крышу… по лестнице. И улетаем оттуда.
– А полицейские вертолеты? – поинтересовался Сами. – Вдруг они нас достанут? Понимаешь, о чем я? Мы возвращаемся на крышу, а нас там уже ждут?
– Поэтому нужно проследить, чтобы полицейские вертолеты не поднялись в воздух.
– И как мы это сделаем?
– Разберемся, – утешительно рассмеялся Малуф.
Сами кивнул и покачал головой. Малыш потянулся – началась подготовка к бурному протесту, остановить который можно, только дав ему что-то пососать.
Значит, нужно найти вертолет. И пилота, – попытался быстро подытожить разговор Сами. – Потом мы взорвем крышу, спустимся по лестнице и возьмем деньги.
Все должно занять не больше десяти минут. А еще нужно проследить, чтобы полицейские вертолеты не смогли подняться в воздух.
– Именно, именно, – кивнул Малуф.
Примерно так он все это и видел.
– Это же… ты же понимаешь, как это звучит, да? – спросил Сами. – Понимаешь, о чем я?
Малуф рассмеялся, на этот раз от гордости. Он придумал грандиозный план с кучей возможностей и трудностями на каждом шагу.
«Каждый сходит с ума по-своему. У кого кони, у кого – вертолеты», – подумал Сами, но вслух ничего не сказал. Наспех попрощавшись с Малуфом, он нырнул в ближайшую кофейню, где можно попросить персонал подогреть грудное молоко в бутылочке.
«Чокнуться можно, – улыбался он про себя, – Сотни миллионов?»
Зоран Петрович, которого друзья прозвали Долговязым, сидел в кафе «Стул» на улице Уппландсгатан, в паре шагов от его дома, со стаканом теплой воды. Посетителей было немного, он выбрал столик в глубине, где его нельзя увидеть с улицы.
Петрович на повышенных тонах объяснял что-то на черногорском языке по телефону, выписывая левой рукой широкую дугу в воздухе. Правая рука не отрывалась от стакана с водой. Слова лились из него нескончаемым потоком: он говорил без пауз и почти не дышал, не позволяя прервать себя ни словам возражения, ни реальности. Благодаря этому он и достиг успеха.
