Болгарка низко рычит. Малуф подходит к клеткам, в которых заперты купюры, и срезает замки. На пол красивым фонтаном падают искры. По залу распространяется запах бензина.
Нурдгрен замечает, что сотрудники успели убрать в сейф все деньги. Значит, времени потрачено действительно слишком много. Но он отбрасывает эту мысль: лучше не думать о том, сколько полицейских поджидают снаружи.
Пока Малуф открывает сейфы, Нурдгрен и Сами приносят мешки. Деньги перевязаны и сложены в красные пластиковые контейнеры. В поисках пятисоткроновых купюр они сбрасывают контейнеры с сотнями и двадцатками на пол.
Распилив следующую клетку, Малуф откладывает все еще тарахтящую болгарку, и она крутится на полу, как будто обретя свою собственную жизнь. Ливанец тянет за дверцу и, когда та не поддается, снова берет болгарку в руки и срезает последний кусок. Во втором сейфе купюры большего достоинства. Они начинают работу.
Как только один мешок заполняется до отказа, грабители относят его в каморку с бронестеклом и сбрасывают на балкон на пятом этаже. На это уходит время. Все трое чувствуют, что времени уже нет, но не останавливаются. На самом деле, обратный отсчет пошел, как только вертолет приземлился на крышу: медлить больше нельзя. Когда кажется, что на балконе на пятом этаже больше не поместится ни один мешок, они решают, что пора уходить.
05.35
Руководитель следственной группы Каролин Турн залезает в полицейский микроавтобус, припаркованный на заправке напротив хранилища G4S и являющийся командным пунктом. Заправка располагается на подъеме, и отсюда хорошо просматриваются окрестности. На десятках патрульных машин вращаются мигалки, как в кино. С воздуха доносится жужжание вертолета грабителей. Турн его видела, но теперь он снова растворился в темном ночном небе.
Есть два пути – немедленно отправить полицейских на штурм здания, что может обернуться перестрелкой и, в худшем случае, захватом заложников, или дождаться, когда грабители улетят и последовать за ними. На принятие решения есть всего несколько минут.
Спереди в автобусе сидят два полицейских в форме, еще пара человек расположились сзади. Один из них – в штатском, и у него на коленях раскрыт ноутбук. На экране Турн видит типичное для камер наблюдения размытое зеленое изображение.
– Кто это? – спрашивает Турн одного из сидящих впереди полицейских.
– Без понятия.
– Что здесь делает гражданский?
– Спроси Монссона, – ссылается полицейский на дежурного комиссара.
Полицейский поднимается с заднего сиденья и, пригибаясь, проходит вперед. Турн приближается к незнакомцу с ноутбуком – румяному мужчине средних лет в очках с толстыми дужками.
– Каролин Турн, – представляется она. – Я командую операцией. А вы кто?
Мужчина поднимает на нее глаза и кивает:
– Палле Линдаль, начальник отдела безопасности в G4S.
Линдаль протягивает Турн визитную карточку.
– Как вы быстро приехали. Отличная работа! – одобрительно говорит Турн.
– Я живу вон там, неподалеку, – отвечает Линдаль, махнув в сторону. – Начальник зала пересчета Клод Тавернье сообщил о налете дежурящему в здании охраннику. Это было… – Линдаль смотрит на часы в мобильном, – двадцать минут назад. Охранник позвонил в Шёвде, наш отдел связи. Из Шевде, согласно инструкции, связались со мной. Я натянул штаны и… вот я здесь. Но вы раньше меня приехали.
Турн кивает:
– Есть ли вероятность захвата заложников?
Это волнует ее больше всего.
– Нет необходимости теряться в догадках, – отвечает Линдаль, разворачивая ноутбук так, чтобы Турн было видно экран.
Перед чем-то, похожим на высокие клетки, стоят двое мужчин в черном. Они достают из клеток контейнеры с купюрами и кладут деньги в мешки. Через плечо у одного из мужчин висит, скорее всего, автомат Калашникова.
– У нас в здании восемьдесят камер, – хвастается Линдаль. – Я могу вывести их все на экран.
– Впечатляет! – кивает Турн. – Но, к сожалению, это нам не поможет.
– Камеры же не предназначены для предотвращения преступлений! – обижается начальник отдела безопасности. – Никакие камеры и сейфы не способны надолго задержать профессиональных преступников – максимум на пятнадцать минут. Но этого должно быть достаточно.
– Достаточно для чего? – спрашивает комиссар.
– Чтобы дождаться полицию. Пятнадцать минут истекли, и вот вы здесь. С компьютера можно открывать и закрывать все двери и лифты в здании. У вас много людей. Хотите, я проведу вас к преступникам?
Турн кивает и в задумчивости смотрит в окно микроавтобуса: ее коллеги собрались у своих машин небольшими группами и разговаривают друг с другом. Причина, по которой никто из них не торопится и не ждет приказа, в том, что они не знают, как действовать в подобных ситуациях, их этому не учили. Эти полицейские способны догнать вандалов и карманников, вывести из общественных мест пьяниц, обезоружить мужчин, избивающих своих жен в южных пригородах, и, если повезет, попасть в мишень на ежегодных испытаниях по стрельбе. А опыта предотвращения таких крупных организованных преступлений у них нет.
Посылать этих мужчин и женщин на штурм здания – слишком рискованно.
