Жители этих старых бараков начали стихийно собираться перед въездом на стройплощадку и требовать остановить работы. Больше всех из этой организованной толпы возмущённых граждан выделялась яркая и крупная женщина по имени Вера. Она проживала в этих домах уже более двадцати лет, и считала, что она страдает сильнее всех и имеет право возглавить противостояние новой стройке. Каждый день около въезда на строительную площадку рабочие наблюдали несколько человек, некоторые из них что-то громко кричали, некоторые размахивали плакатами с надписями «НЕТ». Но однажды утром участники этого стихийного митинга начали препятствовать проезду строительной техники. В этот день Вера в прямом смысле слова «накинулась» всей своей мощью на Павла, когда тот вышел из бригадирского вагончика.
– Как вам не стыдно? Что вы тут строите? Тут должны были строить жилые дома! – Её крик перекрывал шум бульдозера.
– Здесь строится церковь, согласно утверждённому в администрации плану, – спокойно отвечал Павел, но его голос практически растворился в строительном шуме. – Посмотрите на информацию на стенде, – стройка утверждена в генеральном плане города.
Его никто не слушал. Вера небрежно оттолкнула Павла и повернулась к митингующим:
– Церкви строят, а строительство нового дома, куда нас обещали переселить ещё два года назад, даже не началось! Почему на строительство жилья для очередников опять нет денег? Вызовите сюда мэра города или я сейчас остановлю вашу стройку! Мэра и губернатора! Или мы остановим все ваши работы! Немедленно!
Противостояние с переселенцами остановило строительство ещё на несколько недель. Пока Павел ездил с Верой в администрацию, пока ходил и показывал бумаги, чертежи будущего дома для переселенцев, пока не убедил её в том, что строительство начнётся в запланированные сроки и будет закончено примерно через год, – стройка храма практически не продвигалась. Выделенную технику пришлось передать на другой участок, затем подрядная организация не смогла выделить необходимое количество рабочих – так прошло почти два месяца, а стройка не двигалась.
В один день Павел утром выйдя из машины, недалеко от строительной площадки, увидел отца Игнатия, который прогуливался вдоль забора.
– Добрый день, отец Игнатий. А я вот всё хотел к вам заехать, поговорить.
– Добрый день, Павел. Я смотрю, вы уже начали строительство? Или только забор успели воздвигнуть? – улыбнулся священник.
– Ну… да, вот забор, начали копать котлован под фундамент, вот скоро заливать его хотели… да тут… история… – Павел поморщился. – Люди были против, приходили, блокировали просто строительство, пришлось разбираться.
– Это из вот этих бараков? – Отец Игнатий показал пальцем на дома. – Они давно уже требуют от города обещанного… Вам удалось с ними договориться?
– Да, но прошло почти два месяца, теперь рабочих не могут выделить… техника будет только теперь через месяц… – Павел потряс руками в воздухе и опустил их.
– Вот, что Павел. Вы большой молодец. Но вы немного не с того начали. Я вчера был у благочинного, он завтра хочет приехать освятить начатое строительство. Понимаете, в строительстве храма есть определенные шаги. Помните, вы ещё сомневались, а я вам говорил: «Давайте помолимся Богу и всё пойдёт потихонечку на лад». Вот видите, действительно пошло. Теперь нужно освятить место для строительства будущего храма, всем собраться и помолиться на месте, попросить у Бога помощи в этом нелёгком деле. Иначе так всё и будет – то одно, то другое будет мешать вам, – он похлопал Павла по плечу. – Ах да, и самое главное, церковное руководство согласилось выделить денежные средства на строительство, ну завтра обо всём и поговорим. Да вы не переживайте. Все начинали именно так. Некоторые ещё хуже. Храм Христа Спасителя в Москве строился тридцать лет… – Он улыбнулся.
– Да что вы, я столько строить не смогу… терпения не хватит.
– Хватит, Павел. Вы ещё в этом храме сами потрудитесь во Славу Божию.
– Да что вы, отец Игнатий, мне… мне зарабатывать надо. Пока в это строительство только половину средств город выделил, остальное нужно искать.
– Найдём, Павел, найдём. Не отчаивайтесь, главное – что Вы уже сумели убедить руководство города перенести с этого места ту самую башню, о которой вы говорили мне два года назад. Это уже огромный шаг вперёд. Теперь всё будет хорошо. Так, давайте пройдём на площадку, нужно определить, как завтра будет происходить освящение.
Они прошли вдоль забора и зашли в открытые ворота. Священник остановился в воротах и перекрестился. Павел встал рядом с ним, и вспомнив движение рук, самостоятельно перекрестился и поймал себя на мысли, что впервые сделал это осознанно, как бы желая отметить важность этого святого места. Стоя рядом с отцом Игнатием, он вдруг почувствовал себя причастным к чему-то важному, почти великому. Никогда ещё он не был так серьёзен. Что-то происходило в его душе. А что – не мог понять.
