Десять чайных чашек, или Убийство павлиньими перьями [Литрес] полностью

– Ну, Рональд Гарднер. Он лучший друг Вэнса. Понимаю, может показаться, что на правду это не похоже, но он действительно его лучший друг. Я решила, что вы могли о нем слышать. Он делает многое из того, что делал Вэнс, просто не поднимает из-за этого шума. – Внезапно она покраснела и заторопилась, словно боясь, что не успеет договорить. – То есть я думала, что вы читали книгу, которую написал Рон, замечательную книгу о путешествии вверх по Ориноко[12]. Кроме того, у него есть ранчо в одном из западных штатов Америки, – кажется, в Аризоне, я никогда не могла запомнить все эти штаты, их так много. Рон…

Мастерс уже сделал знак Полларду, и тот сидел за столом, прилежно стенографируя слова девушки. Теперь старший инспектор решил ее прервать.

– Одну минуту, мисс. Вы сказали, что у мистера Китинга и мистера Гарднера вышла ссора? А когда это случилось?

Френсис задумалась.

– Кажется, позапрошлой ночью. Подождите… Сегодня среда, не так ли? Да, должно быть, это было вечером в понедельник. По крайней мере, так сказал Филипп. Филипп – это кузен Вэнса, и именно он рассказал мне об этой неприятности.

– И из-за чего произошла неприятность, мисс?

– Не имею ни малейшего представления! Честное слово.

– И вы не стали расспрашивать, пытаться что-то выяснить? В конце концов, угрожали застрелить вашего жениха, а?

Снова к ее глазам подступили слезы.

– Ели бы вы только позволили мне объяснить! Вот как это было. До вчерашнего дня я и не подозревала, что возникли какие-то проблемы. Понимаете, вчера была грандиозная вечеринка. Мы с Вэнсом собирались пойти, договорились об этом еще неделю назад. Так вот, вчера днем я позвонила ему, чтобы узнать, во сколько он за мной заедет. И вдруг как гром среди ясного неба: ему очень жаль, но появились неотложные дела, и на вечеринку он никак не попадает. Дело может затянуться на пару дней, и он даст мне знать, когда освободится.

Мастерс, поглядывая на нее искоса, поглаживал подбородок. Старший инспектор с трудом скрывал нетерпение.

– Он рассказал, в чем суть этого дела, мисс? Хм. Я имею в виду, он упоминал о ссоре?

– Нет. Полагаю, он и не собирался. Он говорил тем холодным, чопорным, «будьте-любезны-почистить-мне-ботинки» тоном, какой использовал, когда хотел, чтоб от него отстали. Сначала я попыталась сообразить, чем могла его обидеть. Потом разозлилась. Не знаю, нравится ли вам, когда вами демонстративно пренебрегают, но мне это совсем не нравится. И я решила: прекрасно, значит пойду на вечеринку сама. Разумеется, там все спрашивали, где Вэнс. Даже у Рона Гарднера хватило наглости поинтересоваться, почему тот не явился. Наконец мне удалось отвести Филиппа Китинга в сторонку, чтобы расспросить об этом таинственном «деле», которое не позволило Вэнсу прийти. Филипп начал мямлить, запинаться… Он вообще считает себя очень тактичным… Но в итоге все-таки признался, что Вэнс и Рон поссорились и это могло стать причиной… Больше ничего он сказать не мог, а может, просто не захотел.

– Вот именно. А вы спросили об этом мистера Гарднера?

Глаза девушки сузились.

– Да, естественно. И получилось так глупо! Рон притворился, что очень удивлен. Он поклялся своей честью, что между ним и Вэнсом не было никакой ссоры. Сказал, что даже не представляет, как мне в голову могла прийти такая идея. Но я считаю, он решил, что, как джентльмен, должен солгать, особенно с тех пор, как…

Г. М., который сидел в углу дивана, безмятежный, как Будда, открыл один глаз. Потом вытащил свою черную курительную трубку.

– Так… ладно, – пробормотал он с сомнением в голосе. – А вот тут поподробнее… Особенно с тех пор, как – что?

– Я… Я не знаю.

– Мастерс подтвердит, – продолжал Г. М., – что у меня отвратительно подозрительный характер. И мне бы не хотелось, чтобы дочка старины Боки Гэйла так запуталась в этом сомнительном деле, что мне пришлось бы с ним объясняться. Ну-ка не темните: есть ли у вас какие-то основания подозревать, что ссора произошла из-за вас?

Френсис Гэйл медленно повернулась к нему лицом и уперлась ладонями в диван.

– Конечно нет! – воскликнула она и добавила после паузы: – Почему вы так подумали?

– Ну, только в одном случае мужчина может лгать как джентльмен, – извиняющимся тоном произнес Г. М. – В любом другом он лжет как обычный лгун. Похоже, были предприняты мучительные попытки скрыть от вас суть дела. Мне вообще показалось, что вы в гораздо большем восхищении от талантов и моральных качеств этого парня Гарднера, чем вашего жениха Китинга. Вы влюблены в Гарднера или он в вас?

– Да, мне нравится Рон. Естественно. Но так получилось, что помолвлена я с Вэнсом. Все, хватит, я больше не могу выносить этой бессмысленной болтовни! Вы приводите меня в ту самую комнату, где убили Вэнса, и я не знаю, кто и как это сделал, а вы ничего не объясняете, напротив – начинаете меня запугивать…

Мастерс перевел взгляд с Г. М. на девушку, прокашлялся и заговорил успокаивающим тоном: