327 В этом письме, датируемом 4 или 5 октября 1803 г., Сталь писала: «Мне нужно знать, где я проведу зиму. Если я не смогу остаться в Париже, мне придется попросить паспорт для отъезда в Германию; там сын мой сможет посещать лекции в каком-нибудь премудром немецком университете; решение я должна принять прежде, чем дороги сделаются непроездными». Далее Сталь заверяла брата первого консула в своей лояльности: «Разве можете Вы сомневаться в моем искреннейшем желании возвратить себе доброе отношение правительства, которое одно только и способно даровать мне покой и право жить во Франции?» — и одновременно угрожала тем, что ум ее, «покорный властям во Франции, будет пользоваться куда большей свободой за ее пределами», иначе говоря, что в странах, не зависимых от Бонапартовой Франции, она сможет публиковать сочинения, враждебные режиму Бонапарта (
328 В имении Рекамье Сталь провела шесть дней — с 9 по 15 октября. Знакомство Сталь с Жюльеттой Рекамье состоялось, по-видимому, в 1799 г.; начало их дружбы исследователи датируют 1800-1801 гг. (см.:
329 См. примеч. 303.
330 В действительности жандармский лейтенант Антуан Годрио, привезший г-же де Сталь приказ об изгнании, прибыл в Мафлье, куда Сталь вернулась из поместья г-жи Рекамье, 15 октября, в самый день ее возвращения.