Десять лет в изгнании полностью

⁴⁹⁵ Именно поэтому г-жа де Сталь в переписке именовала ОГ «сожженной»; на самом деле набор книги 11 октября был рассыпан, а тираж 14-15 октября пущен под нож. О том, как это происходило, Сталь рассказала в предисловии к английскому изданию книги: «Министр полиции, известный под именем генерала Савари, послал жандармов к книгопродавцу, приказав им уничтожить весь тираж, а около всех выходов из склада поставить часовых, чтобы ни один экземпляр этого опаснейшего сочинения не попал на волю. Наблюдение за этой военной операцией генерал Савари поручил полицейскому комиссару; операция увенчалась полной победой, однако несчастный комиссар умер: слишком тяжело дался ему надзор за уничтожением огромного множества томов или, вернее сказать, их превращением в чистейшее сырье, не несущее на себе никаких следов человеческой деятельности» (DA. T. 1. Р. 38). Первое издание ОГ, дошедшее до читателя, появилось в ноябре 1813 г. в Лондоне; первое парижское издание (у того же Николя) вышло в мае 1814 г.

⁴⁹⁶ Г-жа де Сталь приехала в Блуа из замка Фоссе, чтобы получить паспорт для отъезда в Коппе, 6 октября 1810 г.; письмо Савари она получила в Фоссе 5 октября.

⁴⁹⁷ Фраза эта была сказана во время встречи Савари с Огюстом де Сталем (см. примеч. 493).

⁴⁹⁸ Расстояние от Орлеана до Парижа равняется 25 лье. Г-жа де Сталь прибыла в Орлеан 7 октября. Затем, заехав в город Бриар для встречи с Б. Констаном, она через Осерр, Дижон, Доль и Лозанну направилась в Коппе, куда добралась 25 октября. Памятник Жанне д’Арк, который видела г-жа де Сталь в Орлеане в 1810 г., был установлен там в 1804 г.; автором его был скульптор Эдм Гуа (1765- 1836); в 1855 г. этот памятник был заменен другим, работы Дени Фуатье, который стоит в Орлеане и поныне. В ОГ (ч. 2, гл. 19) несколько страниц посвящены Жанне д’Арк как главному действующему лицу «романтической трагедии», в которой Шиллер вступился за честь французской героини, опороченную в «Орлеанской девственнице» Вольтера.

⁴⁹⁹ Страдания г-жи де Сталь усугубляло то обстоятельство, что высылка из Франции разлучила ее с тогдашним возлюбленным, Петром Федоровичем Балк-Полевым, российским подданным, который с 1809 г. жил во Франции; ее письма к Балку от октября 1810 г. см.: Balayé S. Un amour inconnu de Madame de Staël // CS. № 2. Р. 4-33. Балк обещал приехать к г-же де Сталь в Коппе, но испугался прогневить Наполеона.

⁵⁰⁰ Условия жизни военнопленных в эпоху Империи были различны для солдат и офицеров; солдат использовали на принудительных работах; офицеры, давшие честное слово не пытаться убежать, пользовались частичной свободой, и лишь если они все-таки предпринимали такую попытку, их запирали в крепость. К концу правления Наполеона число британских подданных, содержавшихся в плену на территории Франции, равнялось приблизительно 17 000 (из них 16 000 военных и одна тысяча штатских); число пленных испанцев доходило до 50 000.

⁵⁰¹ Этот город г-жа де Сталь осенью 1810 г. не проезжала; о тамошних тюрьмах она знала от Матье де Монморанси и его кузена Адриана де Лаваля, которые в 1811 г. побывали во всех тюрьмах для государственных преступников, где содержались пленные испанцы, — гласно с филантропической целью, а негласно для того, чтобы выяснить настроения узников и в дальнейшем попытаться привлечь их на свою сторону, если во Франции начнется антинаполеоновский мятеж (см. мемуарную записку Адриана де Лаваля в: Herriot. Р. 259-263).

⁵⁰² Примечание Огюста де Сталя: «Мадемуазель де Сен-Симон». Маркиз Клод-Анн де Сен-Симон (1743-1820), в 1789 г. депутат Генеральных штатов, эмигрировал в Испанию и в 1808 г. участвовал в обороне Мадрида от французов; попав в плен, он был приговорен к смерти и помилован лишь благодаря своей дочери, которая вымолила у Наполеона замену смертной казни тюремным заключением; Сен-Симон вышел на свободу в 1814 г. и вернулся в Испанию. О пребывании маркиза и его дочери в безансонской крепости г-жа де Сталь знала от Матье де Монморанси, который в 1811 г. навестил его там (см. предыдущее примеч.).

⁵⁰³ См. примеч. 218.

⁵⁰⁴ Реминисценция из скандинавской мифологии, о чем свидетельствует запись в одной из записных книжек: «Ад Одина — ледяной, адский холод»; эту информацию г-жа де Сталь почерпнула из книги Ла Токне «Прогулки француза по Швеции и Норвегии» (1801), имевшейся в ее библиотеке; см.: DAE-1996. Р. 430, 433; впрочем, столь же вероятны здесь и реминисценции из Данте; ср. в РФР (ч. 4, гл. 19): «Восхитительная стойкость императора Александра, отказавшегося от мира, который Бонапарт, по своему обыкновению, предложил ему, находясь на вершине славы; энергия русских, которые сожгли Москву, дабы мученичество святого города спасло христианский мир, разумеется, много способствовали бедствиям, какие испытали войска Бонапарта при отступлении из России. Однако уничтожить армию Ксеркса было по силам одному только холоду, адскому холоду, какой описан у Данте» (CRF. Р. 430).