Весело потрескивал огонь, и было отрадно видеть всех живыми и здоровыми. Только сейчас Иори заметил свежие шрамы на шее и руках Мусаси.
— Откуда они? — удивился Иори.
— Пустяки! Коня накормил?
— Да, учитель.
— Завтра вернешь его хозяину.
Иори поднялся на заре, чтобы до завтрака покататься верхом. Показавшееся из-за горизонта солнце привело его в восторг.
— Учитель, вставайте! — бросился он к дому. — Оно такое же, как и в горах Титибу. Огромное, сейчас оно покатится по равнине. Гонноскэ, пора вставать!
— Доброе утро! — сказал Мусаси, выходя из рощи, где он совершал утреннюю прогулку.
Взволнованный Иори не захотел даже завтракать.
— Я поехал! — крикнул он, хлестнув коня.
Мусаси долго наблюдал, как лошадь с всадником неслась навстречу солнцу, постепенно уменьшаясь, пока не превратилась в точку, растворившуюся в огненном диске.
Садовник поджег собранные листья и отпер калитку, прежде чем идти завтракать. Синдзо был уже на ногах. День он начал, как обычно, с чтения китайских классиков, а потом занялся фехтованием. Умывшись у колодца, он отправился в конюшню.
— Конюх!
— Да, господин!
— Гнедого все еще нет?
— Нет, но я больше беспокоюсь о мальчике.
— Не волнуйся. Он вырос в деревне и не пропадет.
Пожилой привратник сообщил Синдзо, что группа молодых людей ожидает его в саду. Синдзо поспешил в сад.
— Давно мы не виделись! — обратился к Синдзо один из самураев.
— Как я рад, что мы снова вместе! — ответил Синдзо.
— Как здоровье?
— Великолепно, как видишь. Что вас привело сюда в столь ранний час?
Пятеро бывших учеников Обаты Кагэнори — сыновья гвардейцев сёгуна или конфуцианских ученых — обменялись многозначительными взглядами.
— Поговорим вон там, — указал Синдзо на поросший кленами пригорок.
Молодые люди окружили костер из листьев, разложенный садовником.
— Говорят, что это дело рук Сасаки Кодзиро, — сказал один из самураев, указывая на шрам на шее Синдзо.
Синдзо промолчал.
— Мы собрались по поводу Кодзиро, — продолжал молодой человек. — Вчера мы узнали, что он убил Ёгоро.
— Я этого ждал, — сказал Синдзо. — Доказательства у вас есть?
— Косвенные. Тело Ёгоро нашли у подножия холма Исараго, за храмом. Дом Какубэя как раз на этом холме, а Кодзиро живет у него.
— Ёгоро мог один пойти к Кодзиро.
— Несомненно. Цветочник видел человека, судя по описанию Ёгоро, который пробирался на холм. Кодзиро зарубил Ёгоро и стащил его вниз.
— И это все? — спросил Синдзо.
— Нет. Мы хотим обсудить будущее дома Обаты и рассчитаться с Кодзиро.
Синдзо застыл в глубокой задумчивости.
— Ты, верно, слышал, что Кодзиро стал вассалом Хосокавы Тадатоси и сейчас находится на пути в Будзэн, — продолжал молодой человек. — Все сошло ему с рук: оскорбление учителя, убийство его единственного сына и расправа с нашими товарищами. Мы, ученики Обаты Кагэнори, обязаны что-то предпринять.
Белесые хлопья пепла вились над костром.
— Я тоже одна из жертв, — после долгого молчания произнес Синдзо. — У меня есть свой план. Что предлагаете вы?
— Мы хотим обратиться с протестом к Хосокаве, рассказать ему обо всем и потребовать, чтобы он выдал Кодзиро нам. Мы насадим голову Кодзиро на пику и поставим у могилы учителя.
— Полагаете, что Кодзиро выведут связанным к вам? Вряд ли, Хосокава не пойдет на это. Его клан заинтересован в боевом мастерстве Кодзиро, поэтому его взяли в вассалы. Вашу жалобу воспримут как новое подтверждение его воинского искусства. Какой даймё выдаст вам своего вассала без веских причин?
— Тогда нам остаются крайние меры.
— Какие?
— Их отряд продвигается медленно. Мы успеем собрать всех преданных учеников школы…
— И напасть?
— Да. Просим тебя присоединиться к нам.
— Ваша план мне не нравится.
— Ты же носишь имя Обата!
— Признать превосходство противника трудно, — задумчиво проговорил Синдзо. — Кодзиро искуснее всех нас. Напав на него даже не одним десятком, мы лишь покроем себя позором.
— Неужели ты останешься в стороне? — в один голос воскликнули все самураи.
— Нет, вы меня неправильно поняли. Я не хочу, чтобы Кодзиро остался безнаказанным, но выжидаю срок.
— Завидное терпение! — усмехнулся один из молодых людей.
— Боишься ответственности? — спросил другой.
Синдзо не отвечал. Молодые самураи молча пошли от костра. У конюшни они увидели незнакомого мальчика, который расседлывал взмыленного коня.
Вскоре к конюшне подошел Синдзо.
— Хорошо, что ты вернулся! — воскликнул он.
— Вы что, поссорились? — спросил Иори.
— С кем?
— С самураями, которые только что прошли здесь. Они были очень сердитые и как-то странно говорили. Он, мол, трусоват, мы его переоценили.
— Не обращай внимания, — ответил Синдзо. — Где ты был ночью?
— Дома. Учитель вернулся.
— Я знаю, что его должны были освободить. Слышал новость, Иори?
— Какую?
— Твой учитель теперь очень важный человек. Ему невероятно повезло — он будет наставником сёгуна по фехтованию. Мусаси создаст собственную школу.
— Правда?
— Совершенно серьезно. Ты рад?
— Конечно! Можно взять коня?
— Ты ведь только приехал.
— Я поскачу домой и сообщу учителю.
— Не надо. Как только состоится решение совета старейшин, я сам поеду к Мусаси.
