В своё время Джеймс отказался от семейного бизнеса в пользу ракетки. После одного громкого скандала с найденными в крови запрещёнными веществами, который его отец не без труда замял, он сильно изменился. У него уже тогда было много побед и целая полка блестящих кубков, но, чтобы прийти к своей цели и получить наивысшую награду в мире большого тенниса – «Большой Шлем», ему нужно было очень сильно постараться. В последний проведённый рядом с ним год он упорно тренировался и отказался от приёма любых вредящих здоровью веществ.
Вопреки мнению Алекса Джеймс никогда не был законченным наркоманом. Его амбиции и огромное желание построить карьеру в мировом спорте превысили потребность ощутить эфемерное счастье от действия идеально выложенной белой дорожки. Но тем не менее, это совсем не мешало ему продолжать доставать мне кокаин и без зазрения совести трахать.
– Я был слишком молод, – на лице бывшего мелькнула эмоция, которую я не смогла распознать. – И считал, что теннис – единственное, чем я хочу заниматься. С годами все изменилось.
Молодой официант в режущем глаза ярко-жёлтом фартуке подошёл к нашему столу с подносом, и пока он расставлял между нами тарелки, я дотошно сканировала Джеймса взглядом, будто хотела просветить его насквозь и увидеть выделенные красным его фальшивые слова. Было какое-то сосущее неприятное чувство, словно он не был с мной до конца откровенен.
– Ты больше не принимаешь? – неожиданно спросил он, когда мы остались одни.
Вилка с намотанным на зубчиках спагетти так и зависла возле моего рта.
– Ты это серьёзно? – опешила я. – Конечно, нет.
Он с лёгкой улыбкой смотрел на меня.
– Подожди, а ты что, до сих пор? – повысила я голос и сидящая за соседним столиком парочка повернулась в нашу сторону.
– Ничего серьёзного, – махнул он рукой. – Немного побаловался на выходных.
Значит, мне не показалось, и он действительно был в тот день под кайфом.
– Джеймс, ты, должно быть, шутишь? – я отложила вилку в сторону, напрочь забыв про мучающий меня с самого утра голод. – Разве моя личная деградация – недостаточный для тебя пример?
– Не нужно нотаций, – улыбка моментально слетела с его осунувшегося лица, а в глазах появилась твёрдость. – Я не наркоман.
Какие знакомые слова. Помнится, я утверждала то же самое, а потом захлёбывалась пеной от передоза.
– Это не нотации, Джей, – я накрыла его руку своей, мягко поглаживая шероховатую кожу пальцев. – Я просто волнуюсь за тебя. Сама все это проходила. Завязывать тяжело.
– Я знаю, – немного смягчился он. – Но тебе действительно не о чем переживать. Я больше не буду. Отходняк не стоит этого кайфа.
– Хорошо, – вздохнула я. Убрав от него руку, я вернулась к поеданию пасты с креветками и, распробовав, вынуждена была признать, что вкус у неё совсем не тот, что был пять лет назад. – О чём ты хотел поговорить?
– Я хотел извиниться, – тихо проговорил он. – Прости, я не должен был налетать на тебя и лезть сразу в трусы. Больше такое не повторится. Я буду рад, если ты сможешь забыть, каким я был придурком и остаться друзьями.
– Конечно, не должен был, – он виновато отвёл взгляд. – Но, – я выдержала драматическую паузу, – мы столько лет знакомы, конечно, я не хочу терять тебя, как друга. Ты прощён.
Все напряжение сошло на нет, стоило мне произнести эту фразу. Джеймс окончательно расслабился и принялся рассказывать самые весёлые истории, которые с ним приключились за все эти годы, что мы не виделись. Я давно так не смеялась. Он предложил мне встретиться снова, и я сразу согласилась, не видя никаких причин для отказа. Кроме одной. А то, что Алекс не узнает, ему не повредит.
В офис я приехала в отличном расположении духа и ещё часа два потратила на доработку чертежа. Подобрала примерные картинки цветовых решений и, не дожидаясь, пока меня вызовут, пошла к Майклу.
– Ты занят? – заглянула я к нему в приоткрытую дверь.
– Я всегда занят, принцесса, – пробубнил он, не отрываясь от монитора. —Заходи. Что у тебя? – спросил он, когда я приземлилась в кресло напротив.
Я изложила ему свой вариант видения и показала чертежи, подкрепив все примерными картинками. Так же для сравнения предоставила фото аптек наших основных конкурентов и привела сразу несколько аргументов в пользу моего выбора. Пока он слушал мои комментарии, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным, и невозможно было понять, нравится ему или нет предложенный мною план.
Майкл заставлял меня конкретно нервничать и невольно теребить края моей белой рубашки, пока он молчаливо взирал на мои многочасовые труды. Не хотелось верить, что это провал и все придётся начинать заново. Тишину разбавил звонок его мобильного, на который он нехотя перевёл взгляд.
– Через два дня жду законченные проекты по двум адресам, – сказал он мне, параллельно принимая вызов.
Это все? Больше ничего не скажет?
Видимо, нет, потому что он вопросительно поднял брови, намекая на то, почему я все ещё здесь. С плохо скрываемой радостью я быстро собрала все свои бумаги и предпочла скорее покинуть кабинет.
