Эда ничего не сказала, но в глубине души согласилась с подругой. Хоть она и недолго жила здесь, но уже не раз слышала о том, что отец Асли питает неподобающую для мусульманина слабость к карточным играм. Ходили слухи, что их дом уже дважды заложен. И Асли выходит замуж, потому что отец фактически продает ее ради благополучия семьи. Эда не понимала, как отец Асли мог быть таким верующим (она видела, как он каждую пятницу направляется в мечеть одним из первых) и таким беспутным одновременно. Воистину пути Господни неисповедимы.
Пока домашние Асли думали о свадебных угощениях и предстоящих тратах, весть дошла и до Неверного. Наверное, сложно понять, что творится с влюбленным, чьи мечты разбиваются, не успев созреть до осознанного желания. Но только с тех пор музыка со двора неверных доносилась печальная, а глаза их младшего сына, обращенные к окну Асли, горели воинственным пламенем. С родными он общался отрывисто, вечно пропадал у себя в комнате и плохо питался. Эда решила, что он болен. Вызвали врача. Он осмотрел мальчика и, не найдя никаких недугов, на всякий случай прописал постельный режим. Отец семейства, Шиван, закатил глаза и воззвал к небу. Он считал, что совершенно зря тратит деньги на прихоти жены.
– Берат просто устал. Может, у него день плохой в школе был. Это не значит, что он болен, Эда. В конце концов, он растет и становится мужчиной. Прекрати возиться с ним как с ребенком.
– Но он же мой ребенок! – злилась Эда, считая, что ее муж порой невероятно скуп.
Между тем состояние Берата стало улучшаться. Он решил бороться за Асли. Ему нужны были силы, поэтому он больше не отказывался от еды и чаще выходил из своей комнаты. Никто не знал о его тайне – любви к Асли. Юноша и сам не мог понять, как же с ним это произошло. Он ее едва знает, не обменялся с ней и парой фраз, но был абсолютно убежден, что в ней одной заключено его счастье. В какой-то момент он решил, что, по всей видимости, у него такая судьба, а в судьбу он верил безоговорочно.
Спустя месяц после помолвки Асли, как обычно, утром пошла за продуктами, держа в голове стандартный список: мясо молодого барашка, помидоры, пучок кинзы… Подумать только, скоро ей придется покупать это все для чужого дома. Асли все никак не могла привыкнуть к тому, что дом будет не чужим, а ее собственным. Она будет замужней женщиной и у нее вот-вот появятся дети. Ноги девушки ступали по уже нагревшимся камням очень быстро. Вдруг кто-то из ниоткуда схватил ее и затащил в дом семейства Бяли. Асли не успела испугаться и издать хоть какой-либо звук, так как сразу узнала руки Неверного. Разве не узнала бы она их из тысячи? Так часто она видела и его руки, и его глаза… Всегда украдкой, так, чтобы никто из домашних не заметил, она вела долгие молчаливые диалоги с ним не один месяц. Ее тайные посиделки у окна были чем-то греховным, Асли это понимала, но не могла противиться тому тягучему чувству, которое ее ежедневно влекло на место падения. Не помогали ни молитвы, ни страх быть раскрытой. Иногда спорить с собой совершенно бесполезно. И Асли считала этот свой грех небольшой платой за то, что ее жизнь навеки будет отдана противному старику, которого она едва знала.
Уже через минуту Асли была во внутреннем дворе езидского дома и слушала горячие объяснения в любви Неверного, которые будет помнить еще долгие годы:
– Я знаю, что ваши родители не позволят нам пожениться. Но мы можем бежать во Францию. Вы – смысл моей жизни. Я полюбил вас, как только увидел…
Асли не успевала разобрать весь этот сбивчивый поток слов, но сердце ее понимало каждый слог, каждый звук. Понимало и боялось.
Бывают моменты в нашей жизни, которые могут казаться случайными или рядовыми, но им суждено менять ход судьбы. Порой мы слышим их зов, но чаще остаемся к ним глухи. Страх и сомнение погружают наши души в бездну отчаяния. Мы и хотим вырваться из нее, и боимся этого. Именно такой момент переживали Асли и Неверный… Но ответ Асли был предрешен.
– Я вас не люблю, – прошепчет она.
«Я вас не люблю» – будет вспоминать он, глядя на свадебную процессию, которая весной поведет ее из дома на одном конце улицы в другой.
Празднования закончатся, с рук Асли сойдет хна, на деревьях опадут цветы, и один год сменит другой…
Вот Асли с маленькой дочерью изо дня в день ходит за продуктами уже для собственного дома. Владелец лавки, господин Амри, подкручивая усы, все так же передает привет дядюшке: «Мы с ним, бывало… Эх, молодо…» Слегка располневшая, но прекрасная Асли все так же интересуется, когда завезут шафран…
А на соседней улице в доме семейства Бяли уже не живет младший сын. Не желая видеть даже тени Асли, он в тот же год, заручившись одобрением отца, уехал учиться в Берлин. Мать погоревала немного, но с подачи Авы-ханум и мужа решила, что так будет лучше для его будущего.
Никто так и не догадался о тонкой нити любви, связавшей Асли и Неверного, люди были невнимательны, а Асли слишком осторожна, чтобы хоть на секунду задержаться у езидского дома.
