Десятая невеста полностью

   Теперь уже встряла я.

   - Тогда как мы узнаем, что все честно? Может, вы решите добавить этих… пеньков кому-то из нас? Или отнять их у кого-то?

   Со Фу укоризненно посмотрел на меня, вздохнул и покачал головой.

   - Дорогое дитя, я – ближайший советник императора, тот, кто его воспитывал. Ты и впрямь считаешь, что я буду кому-то подсуживать?! Для чего, как ты думаешь, все это? – он повел рукой вокруг себя. - Невесту выбирают, что бы укрепить род, подарить трону умных и сильных наследников. В состязаниях проверяются качества будущей императрицы. У Камичиро есть враги, в том числе и тут, во дворце. И вот они, может быть, и захотели бы выбрать удобную им девицу. Но для того-то двери этого зала и запираются. И для того-то мы храним эти вазы от всех, кому может быть невыгоден сильный император и могущественный Чиньянь.

   И продолжал.

   - Пинь может прибавиться без вашего ведома, если так захотел император. Кроме того, в знак своего расположения он может прислать вам подарок, который, разумеется, вам следует бережно хранить и предъявить, когда настанет время. Согласно условиям, в конце каждого испытания выбывает дева, набравшая меньше всего пинь.

   - А та, кто уйдет, сможет узнать, почему? – спросила одна из девиц. – Где и в чем она ошиблась? Почему проиграла?

   - Если божественный пожелает ответить, ей скажут.

   - На все воля императора? – спросила я.

   Старичок засиял, будто дитя, которому вручили леденец.

    - Я горд тобою, дитя, ты уже начинаешь понимать! Именно. На все воля императора.

***

Через сад, где в кронах деревьев мерцали фонарики, через горбатые мостики над ручьями и прудиками, мимо хвойных рощиц нас провели во дворец, который, конечно, был поменьше и поскромнее императорского, но ничуть не уступал ему в красоте. По лестнице мы поднялись на два этажа и поселились в просторных комнатах, отдельная для каждой невесты. Я пока могла судить лишь по своей: просторная, с белыми стенами. На полу – пышные узорчатые ковры, на стенах – дивные вышивки: красные, желтые птицы по серебристой плотной ткани. Большая кровать с мягкими перинами и подушками, одетыми в тонкий лен – я разве что у Барбары во дворце спала на чем-то подобном, но все же не на таком. На небольшом круглом столе стоял подсвечник, серебряный графин с водой и серебряный же кубок, а также блюдо с холодным ужином из хлеба, овощей и копченой птицы. Небольшая дверь вела в соседнюю комнатку, где две невольницы наполняли горячей водой ванну. Они помогли мне искупаться и разобрать одежду. Грязное забрали в стирку, и, кланяясь, ушли.

   Я подошла к окну. Вниз от дворца по склону спускались какие-то постройки – я видела лишь их красные изогнутые крыши и отдельные участки белых стен. За ними, настолько я могла рассмотреть, садик, а далеко внизу блестело круглое озеро. Лиственничная роща обрамляла его темно-зеленым бархатом, а на другом берегу вырастала бледная гладкобокая гора, которая светилась мягким розовым светом. Я любовалась, пока не показались первые звезды, но даже и тогда гора продолжала нежно сиять, будто впитав в себя теплые лучи уходящего солнца. Подножья горы купались в тумане, стелившимся над озером, пробиравшимся между стволами лиственниц. Спать я легла, лишь когда на небо всплыл полумесяц. На его светлом теле распластались очертания хищной птицы, будто нарисованные углем.

***

Утром нас покормили: кто хотел – в просторной красивой едальне на первом этаже, других – в саду средь сосенок и цветников (я выбрала второе), а после собрали на площади, и мы опять простерлись перед обещанным императором.

   Когда поднялись, мне стало ясно: над нами снова шутят.

   Где-то в уголке площадки маячил Со Фу, а перед ним выстроились семь девок. Потому что если у человека волосы до пояса, схваченные в хвост, закрученные в гульку, распущенные либо собранные в косу; если у него в ушах серьги; если глаза густо подведены черным, будто у пропащей на гулянье; если у человека узкий стан и обручья на тонких руках, то есть выглядит человек, как девка, значит, он и есть девка.

   Вперед выступил Со Фу.

   - Император верит в сердечную склонность, – произнес он и умолк, всем своим видом давая понять, что это не его вина. – Он убежден, что муж и жена, даже если это император и императрица (или особенно если это император и императрица), должны быть друг другу возлюбленными и товарищами. Ибо пусть Крайсветная нерушима, все в руках Всесильных, – Со Фу на мгновение склонил голову, – и ни один, самый могущественный правитель не может предугадать своей судьбы. Поэтому…

   Со Фу выставил вперед ладошку, дабы угомонить взволновавшихся невест.